Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 80 – Мира Влади

Ветер выл, как раненый зверь, его порывы хлестали по лицу, забивая глаза песком и еловыми иголками, которые кружились в воздухе, как рой разъярённых ос.

Я стоял в центре деревни, сжимая меч, который волки дали мне с такой неохотой, будто я всё ещё был их врагом. Может, так и было.

Мои ноги дрожали от слабости, яд всё ещё тлел в венах, но зелье Лиссы, горькое и обжигающее, разбудило дракона внутри меня.

Я не был императором сейчас – я был воином, готовым сражаться за эту деревню, за Элину, за себя.

Смерчи кружили вокруг деревни, их тёмные спирали поднимали пыль и ветки, создавая непроницаемую стену. Магия Лиссы была повсюду – в вое ветра, в треске молний, что разрывали небо, в дрожи земли под ногами.

Воины совета, чьи доспехи поблёскивали в свете факелов, пытались пробиться к нам, их крики тонули в рёве урагана. Я видел, как они падали, спотыкаясь, как их щиты вырывало из рук, как их лица искажались от ярости и страха.

Смерчи были не просто ветром – они были живыми, словно стражи, вызванные древней силой, и они не подпускали врага к деревне. Но я знал, что это не продлится вечно. Магия Лиссы была мощной, но даже она не могла сдерживать армию бесконечно.

Рейн стоял рядом, его меч был опущен, но глаза горели, как жёлтые угли. Волки вокруг нас держали круг, их оружие было наготове, их дыхание сливалось с воем ветра.

Они были готовы драться, но я видел в их глазах не только решимость – там была ненависть, старая, как сама кровь, к драконам, к моим людям. Я не винил их. Но я не мог позволить этой ненависти поглотить всё.

Внезапно небо озарилось огнём. Огненные шары, огромные, пылающие, как солнца, взмыли над горизонтом, их свет резал глаза, а жар чувствовался даже на расстоянии. Они летели к деревне, их траектории были неровными, но точными – катапульты.

Мои катапульты. Мои войска.

Я стиснул зубы, чувствуя, как ярость вскипает в груди, смешиваясь с болью. Они использовали моё оружие против меня. Первый шар упал на крышу дома, и я услышал, как дерево затрещало, как огонь взревел, пожирая солому и брёвна.

Крики раненых разорвали воздух, и я увидел, как один из стариков, что таскал дрова, упал, его одежда тлела, а лицо исказилось от боли. Деревня начала гореть, дым валил чёрными клубами, и я почувствовал, какдракон внутри меня рычит, требуя огня, требуя крови.

– Они прорываются! – крикнул Кейл.

Он указал на край деревни, где смерчи начали слабеть, их тёмные спирали растворялись, как дым. Воины совета, закованные в броню, с драконьими гербами на щитах, начали пробиваться сквозь стену ветра, их мечи сверкали в свете пожара.

Я шагнул вперёд, игнорируя боль в боку, и поднял меч. Мои глаза встретились с глазами первого воина, что прорвался к нам. Он был молод, его лицо было покрыто сажей, а глаза расширились, когда он увидел меня. Я видел, как его рука с мечом дрогнула, как он замер, не веря своим глазам.

– Император? – выдохнул он, его голос был полон неверия. – Вы… живы?

– Вас обманули, – пророкотал я зло. – Совет лжёт вам. Они пытались меня убить. Они хотят войны, но я здесь, чтобы её остановить. Опусти оружие, мой воин.

Он колебался, его глаза метались от меня к волкам, и я видел, как в них борются долг и сомнение. Но прежде чем он успел ответить, сзади раздался крик – громкий, полный ярости: «За империю! За драконов!»