Онлайн книга «Последняя Ягиня, или Советы вредного домового»
|
Кот, поняв, что я не собираюсь его отпускать, растворился из моих объятий и заново появился на дорожке. – Ох, петуха же надо спасать! У него только хвостовые перья начали отрастать! – спохватилась я и побежала за мазью. Хотя тут уже нужно не мазать, а целиком купать! Сделала новый раствор, пожиже. Сейчас в баньке в таз с водой засуну, и пусть купается. Не забыть бы руки заговорить, а то сама вся буду в шерсти… Помню, в юности сделала мазь да начала лечить приблуду-лисенка, больного лишаем. Про руки не вспомнила, а через три дня на пальцах такой шикарный мех вырос!.. Повеселела от воспоминаний, пока шла на поле, чтобы забрать раненного в бою рыцаря. Петух лежал поддеревом, закатив глаза. Видать, хорошо ему досталось. Коза тыкала его носом, пытаясь расшевелить. – Давай-ка, дружок, полечим тебя! – Подхватила тельце птицы и понесла в баню. – Степан, скажи домовому, пусть накапает настойки для придания сил. Думаю, пять капель хватит! – Петух в моих руках снова закатил глаза. – Э, нет, десять лучше! Банник налил теплой воды в таз. Я добавила туда спасительный раствор и уложила раненого рыцаря. Раскрыв ему клюв, напоила настойкой. Быстро и тщательно смочив тельце страдальца, усадила его на верхнюю полку. – Сохни тут! Нечего шастать по двору! – велела я. Вышла из бани и направилась в дом. В голове постепенно стихало шуршание мыслей, ранее не дающее покоя. Но пришла новая. Небольшая, скорее соринка, мешающая собрать все в кучу и разложить по полочкам. Решила послать Кощею весточку о том, что с обучением я помогу, но позже. Пока нужно довести до конца ремонт в избе. Еще и квартира должна поспеть к осени… Нечего как семиделиха за все хвататься! Отобедав, я ушла в сад. Пора обрезать лишнюю траву, чтобы двор не портили заросли. Но едва я вышла на порог, как меня буквально оглушил почти победный крик петуха. Да не абы где, а на самом верху избы! – Много ему десять капель-то было! – кивнула себе и сняла магической петлей нетрезвого победителя зла. Закутав в полотенце, унесла в сарай и посадила в гнездо для курей. Те были возмущены и смотрели с неодобрением. – А что поделать? Терпите, бабоньки! Мужик же! – пожала плечами, уходя в сад. Завтра будет новый день, будет и пища! С этими словами я, опять намаявшись к вечеру, ложилась спать на новую и мягкую перину. Домовой накормил меня завтраком от души, словно я сроду не ела. Видно, и впрямь похудела! Прикинула, что хочу сделать сегодня. С переделкой дома пока закончено, а шитье оставлю на зиму. Ах да, козу собиралась перед холодами вычесать! Пух у нее хороший, белый, платок будет красивым! Если еще и неплотно связать, а с рисунком, получится сказочно! Найдя пуходерку и вооружившись ею, ушла к сараю. – Идем-ка, милая, сюда! – Поманила животинку куском черного хлеба. Машка подошла ближе. Обнюхав все, что было в моих руках, подставила бок и меланхолично зажевала хлеб. Пуха было много. Вычесав оба бока, прошлась по шее и даже немного полному животу. Случайно прикоснувшись к нему, замерла. И правда, девочки!Но то, что я там увидела, мне совсем не понравилось. Не могут неродившиеся козочки разумными быть! Надо поднять записи матери, вернее мои. Мама хоть и была батюшкой грамоте обучена, но все писала я, когда перенимала у нее опыт. Каждый рассказ был учтен, даже сказки, которые она мне в детстве поведала. Ведь, как говорится, сказка – ложь, да в ней намек! |