Книга Планета из золота, страница 61 – Даниэль Брэйн

Дэвид проскочил в кабину, катер задрожал, Наранг вовремя оттащил меня от двери и захлопнул ее.

– Приятного аппетита! – срывая голос, пожелала я каннибалам. – Подавитесь перьями!

Мы уносились от одной опасности, возможно, прямо к другой, и ноги меня держать временно перестали. Я доползла до кресла, упала в него, бросила взгляд на Уоррика, повисшего на потолке, на Наранга, усевшегося на пол, и прохныкала:

– Как мы выжили вообще, черт возьми?

Награда должна была найти героя этого дня.

– Я вами восхищаюсь, Айелет.

Рассвет мы встретили у места, которое Наранг назвал «Стонущими скалами». Мне было плевать, почему они так называются,я сама едва не стонала в голос. Мы пристроили катер на каменной площадке и завалились спать – я и Дэвид на койках, а неприхотливый Наранг – прямо в кабине на полу, благо у нас был бдительный неустанный Уоррик и неожиданностей можно было не опасаться.

У нас хватало еды и воды, до места, по уверениям Наранга, оставалось самое большее километров двести. Утром, примерно в одиннадцать, я проснулась самая первая, навестила санузел и проверила, как там Уоррик. Уоррику было лучше всех – он выставил лепестки световой батареи и подзаряжался.

Я, обойдя мирно спящего Наранга, зашла в каюту, все еще полусонная, открыла шкаф, чтобы взять припасы, и в ужасе заорала.

– Дэвид! Что это за срань?

Срань растеклась аккуратной лужицей по полу шкафа вокруг кейса и волшебно сияла. Я нарекла лужу радиоактивной и прогнозы выстроила неутешительные. Вероятно радиоактивное вещество в течение нескольких дней находилось в нескольких сантиметрах от наших с Дэвидом голов и всех остальных рук и ног тоже.

Нечто радиоактивное было неживое, но неживое в принципе или уже? Я наклонилась и, пытаясь выловить в светящейся лужице признаки жизни, услышала взволнованное дыхание Дэвида над ухом, потом пыхтение Наранга. С добрым, черт его возьми, утром, джентльмены.

– Это ваше? – обвиняюще спросил Наранг, указывая на бежевый пластиковый кейс. Радиоактивная лужа вытекла точно из него, вот только я самолично перебирала все, что в кейсе было, и ничего похожего на колбу не видела. Разве что…

Я страдальчески обернулась к Дэвиду, не ответив Нарангу.

– У нас есть счетчик Гейгера? – всхлипнула я.

– Счетчик Гейгера есть, – по-деловому кивнул Дэвид и скрылся в кабине. Под пристальным взглядом Наранга я присела и стала изучать подозрительную лужу.

Кейс подготовить к утилизации, жидкость собрать и закопать. На меня повесят утерю археологической находки, но никто не обвинит в нарушении экологических норм, потому что лужа обретет покой на планете происхождения. Но я же ученый. Я спать не смогу спокойно, не узнав, что ты, черт тебя возьми, такое. И нашла ли современная медицина хоть какие способы спасения наших душ и того, в чем эти души, собственно, держатся.

Дэвид сунул к кейсу счетчик Гейгера, и мы перестали дышать. По лицу Наранга было видно, что он продумывает текст завещания и прикидывает, сколько ему осталось.

– Не робейте, Наранг, – скривилась я, – это не радиоактивно. Счетчик даже не дернулся.

Дернулся, но в пределах, допустимых для межпланетника. Бежать орать и искать в этой заднице мира нотариуса можно было не торопиться, и я ощутила, что жизнь не так уж и плоха. Дэвид отстранил Наранга, присел рядом со мной и потыкал жидкость карандашом. До сих пор все межпланетные транспортные средства комплектовались карандашами, и я не знаю никого, кому бы они хоть раз пригодились, но правила есть правила.