Книга Книга монстров, страница 60 – Даниэль Брэйн, Энни Мо

Гус осклабился и тут же натянул на физиономию выражение крайней обиды.

— Совсем ничего? — И, видя, как я свирепею, примирительно поднял руки вверх: — Ну пошли.

И мы пошли. Найти лодку, пригодную, чтобы доплыть до «Колючки», оказалось непросто. На берегу валялись разбитые ошметки, и то если их не слизало штормами, но потом я увидела рыбака, поулыбалась ему смущенно и сунула в руку достаточно денег, чтобы он мог купить себе лодку новую. Хихикая, потому что ничего иного, кроме как сомнительное свидание на развалине, вообразить он себе не мог, рыбак выволок нам из сарайчика лодку и даже подарил чуть живое весло.

— И ни в чем себе не отказывай, — мрачно прокомментировал Гус. Я же вручила ему весло, забралась в лодку и наслаждалась перезвоном, который Гус издавал при каждом замахе.

Надо отдать ему должное, веслом он работал споро, так что лодка вскоре ткнулась тупым носом в борт «Колючки» как раз там, где свисала старая, но крепкая веревочная лестница. Мальчишки пользовались ей, и мы решили, что нас она должна выдержать.

— Ты знаешь, — сказала я, поморщившись, — ты слишком приметный. Уверен, что тебе нужно все это? — и я демонстративно покрутила рукой в воздухе, описывая контуры фигуры Гуса. — Оставил бы ты это в лодке.

— И ты тоже будешь уверена, когда эти штуки спасут тебе жизнь, — в тон мне ответил Гус и снова звякнул.

Он на меня немного злился, но, как и всегда, быстро переключался на что-то другое.

— Возможно, но если нас кто и попытается убить, то только потому, что ты звенишь, как… новогодняя елка. Хоть обматывал бы чем-то.

— Ты чего кидаешься, как собака цепная, душа моя? Я шел в таверну немного с тобой поговорить, а ты притащила меня на эту развалюху, предполагая, что Книга здесь. Ну… ты же понимаешь, что нас зашибет защитой, если ты каким-то чудом права? Так дай мне перед смертью посмотреть на твою улыбающуюся рожу.

Я тут же скорчила на лице невестьчто, а потом фыркнула. Гус широко и нагло засверкал зубами.

Забравшись на палубу, я прислушалась к себе: пока ничего иррационального мой разум не творил, за что ему спасибо. Гус с легкостью последовал за мной, не производя внезапно почти никакого шума. Дерево на палубе было крепким, поэтому, стараясь бесшумно шагать по старым, скрипящим доскам, мы медленно осматривали обстановку.

— Честно признаться, — немного мягче сказала я, — понятия не имею, что хочу тут увидеть. Сундук с архисложным замком, сейф производства Аскетов? К слову, как ты пробрался из своего дома в Грейстоун, город ведь на карантине, все ворота закрыты.

— А ты? Летела и пела? Я не хуже тебя знаю все злачные переулочки Фристады. Но что меня удивляет больше, так это почему ворота открыты. Каирны, конечно, находятся немного в другой стороне, но если восставшие снова решат взять приступом город, им не составит труда добраться и до этих врат.

Я запнулась, вдруг осознав, что не знаю, стоит ли вообще заикаться ему об Аттикусе. Если он начнет здесь меня допрашивать или устраивать семейные драмы…

— Я слышала, что Тени с этим разобрались, — проговорила я как можно уклончивей.

Вся палуба была засыпана объеденными птицами трупиками крыс, обломками, в которых едва уже угадывались останки корабельных бочек, тиной и водорослями. «Морская колючка» веками гнила в этой бухте. И, к сожалению, перегниет даже нас с Гусом. А он беспечно стоял, разглядывая то, что осталось от руля, и ветер вокруг гонял по старой палубе мелкий мусор. Да, для мальчишек здесь было раздолье, расти я в общине, не преминула бы сделать это место собственным тайным штабом, впрочем, вряд ли эта мысль пришла в голову мне одной, судя по каким-то кривым, очень свежим надписям, но их оставили точно не минутали. Например, «Уилли дурак» и «Китти старая пьяница» — твари однозначно были не в курсе таких достоверных подробностей.