Книга Слезы небожителей, страница 30 – Эйси Джей Миллс

– Спасибо! – принял поздравление мистер Самаэлис.

Ко всеобщему удивлению, вперед выступил сын лорда. Он немного замялся, не зная, как правильно преподнести свою просьбу, но после того как отец ласково погладил его по волосам, произнес:

– Могу ли я взглянуть на него?

– Конечно.

Алексис присела. Младенец на ее руках сонно причмокнул губами и открыл веки. Видимо, яркие глаза мальчика привлекли его внимание, и маленький Леон тут же потянул ручки. Но сын Кассергенов замер в недоумении, очевидно, не понимая, что ему делать. Он не мог отвести взгляд от ребенка, но и взять за руку не смел.

– Ты можешь сделать это, – тихо и ласково произнесла Алексис.

И получив согласие, мальчик осторожно коснулся ладошки ребенка и тут же был им схвачен. Малыша повеселило это, и он улыбнулся, стиснув его палец обеими руками. Сначала сын Кассергенов растерялся, а потом и сам ненароком обронил смешок.

– У него красивые глаза, – воодушевленно признался он.

– Класивый, – смущенно повторила сестра, высунувшись из-за его плеча.

– Наверное, нам стоит уже начинать выбирать дату свадьбы Джоанны и Леона, – в шутку произнесла леди Кассерген.

Взрослые рассмеялись. Все они поняли шутку, в которой каждый видел долю вероятной правды. И даже взрослого Леона это позабавило. Опершись спиной на ствол ивы, он принялся наблюдать за разворачивающейся сценой.

Однако сын Кассергенов, вероятно, воспринял шутку матери чересчур серьезно. Закрыв Джоанну руками, он надул щеки и громко объявил:

– Джоанна не выйдет за него!

– И почему же? – с потешной ухмылкой поинтересовался лорд Кассерген.

– Она ему не подходит… – неуверенно заявил ребенок.

– А кто тогда ему подходит? – Его матушка присела рядом и погладила по плечу.

– Тот, кто будет защищать его, кто не даст проронить ни одной слезы и подарит улыбку… – Мальчик состроил задумчивое выражение лица. – Тот, кто отдаст свое сердце и никогда не пожалеет об этом!

После этих слов его щеки покраснели, и мальчишка опустил взгляд, а взрослые рассмеялись.

– Где ты научился такому красноречию? – полюбопытствовал отец.

– Няня рассказала, – смущенно пролепетал парнишка.

– Это были слова клятвы анхеле, мой дорогой, – с умилением ущипнула его за щеку леди Кассерген. – Я буду защищать тебя до конца своих дней, подарю твоим губам улыбку на долгие годы и не позволю ни одной слезе упасть с ресниц. И даже если годы не будут к нам благосклонны, я отдаю тебе свою вечность в это мгновение и никогда не пожалею о своем выборе. Да услышат мои слова боги, да скрепят они нас лентой алой, что во веки веков не развяжется… Эту клятву дают самому близкому человеку, будь то друг, возлюбленная или член семьи, как знак искренности своего намерения защитить его перед любыми невзгодами.

– Дети так быстро растут, – рассмеялся лорд Кассерген. – Едва исполнилось три, а уже рвется давать клятву вечности.

– Это точно, – поддержал Этан. – Того гляди и потеснит вас на месте лорда.

– Тогда… – всерьез задумался мальчик, – я должен защищать его всю свою вечность? Я ведь дал клятву!

Мужчины рассмеялись, но Алексис продолжала смотреть на мальчика с сомнением. Ласково взяв ладошку сына Кассергенов, она погладила ее большим пальцем и тихо произнесла:

– В нашем мире это невозможно, милый.

– А мы и не в вашем мире, – уперто парировал мальчик.