Онлайн книга «Хрустальные осколки»
|
– Помогите! – вопила женщина. Чужие крики зазвучали ярче и отчетливее, заставив мягкое сердце сжаться. – Мое тело! Он изуродовал мое тело! – плакала она. Эни задрожал. Он упал на колени и схватился за голову. Вопли будто пробивали в ней дыру. А перед глазами замелькали картинки, словно душа делилась своими воспоминаниями: пышные юбки, звонкий девичий смех. Вот высокий брюнет любезничает и обнимает красавицу за талию в конце темной улицы. И внезапно острые когти впиваются ей в шею. Жертва умоляет о пощаде, но насильник не слышит и последним ударом заглушает женские крики. Тишина. Остаются только забрызганные кровью стены и растерзанные тела. Эни пришел в себя и прикрыл рот ладонью. Не хотелось загрязнять дорогу собственной рвотой. Он мужественно сделал пару вдохов и обратился к душам: – Как мне вам помочь? – Помогите! – продолжали кричать жертвы. Эни прикрыл глаза и сложил ладони на груди. Он мог дать несчастным только молитву и тихо запел: – Пусть песнь моя уймет вашу боль, и обретете вы на Небесах покой. Слезы скатились по щеке, и Эни представил изувеченные тела из видения в окружении света. С повтором молитвы сияние начало разрастаться. Оно накрыло мощеную дорогу и кирпичные стены ближайших домов. Крики жертв постепенно стихали, растворяясь в заполняющем улицу свечении. И вот перед Эни уже парили пять белоснежных шаров. Это были те самые души, что не могли найти покой. – Теперь вы свободны! – радовался Эни. – Кто дал вам право, Октавиан! – вдруг раздался за спиной знакомый голос. Эни вздрогнул. Он обернулся и встретился взглядом с рассерженным Адонием. Тот нахмурился, сжав губы в тонкую линию. – Мое почтение, наставник Адоний, – склонил голову Эни. – Кто дал вам право молиться за грешниц! Это блудницы, падшие души! Они не заслуживают покоя! – Прошу меня простить, я не знал, – пытался выкрутиться Эни. Щеки запылали от стыда. Он все же успел нарушить два правила Кодекса небесных слуг пути милосердия: не молиться на людях после захода солнца и не молиться за души, оскверненные грехом. – Тот, кто оказывает помощь падшим, сам является падшим, помните об этом, Октавиан! Еще одна оплошность, и я буду вынужден освободить вас от службы. – Я… я больше не смею вас расстраивать, наставник. Адоний схватил его за руку и довел до двери трактира. – И никаких ночных прогулок, если вам дорога жизнь! А теперь идите и читайте семьсот семьдесят семь раз наставление «Падшие души покоя не заслуживают», пока не уснете! Последующие дни выдались дождливыми. Эни отсиживался в трактире, пока не поступили жалобы от местных богачей на невыносимо грязные дороги. Дамы заходились в истерике из-за испачканных подолов их дорогих юбок. Эни глубоко вздохнул и вышел убирать улицу. Лошадиный навоз смешался с дождевой водой. Эни провозился с метлой дотемна, снова забыв про Кодекс небесных слуг пути милосердия. «Хоть бы не встретить наставника Адония», – молился Эни. И он не встретил его. Не успел. Чья-то рука зажала ему рот. Эни ощутил резкий удар по голове и без чувств рухнул в грязную лужу… Эни проснулся в сыром подвале. В ноздри ударил запах плесени и крысиного помета. Лодыжки и запястья немели от кандалов, а кожа чесалась от прилипших к полу перьев. Пленник испуганно огляделся по сторонам: разрисованные кровавыми пятнами стены вызывали дрожь по телу. Внезапно раздались шаги. |