Книга Хрустальные осколки, страница 164 – Кристина Шрайфер

– Н-не п-подходите ко мне!

– Эни, это я – Окто, – представился он. Голос звучал мягко и дружелюбно, но не вызывал у Эни ни капли доверия.

«Снова это имя», – заметил пленник. Оно вонзилось в кожу занозой. Но Эни и представить себе не мог знакомого, что кромсает тела на куски.

Эни таращился сквозь пальцы то на его железную маску, то на изувеченные тела, сердечно желая, чтобы кошмарная ночь закончилась.

– Прости. Сейчас за собой приберу, – извинился Окто и грациозно взмахнул рукой. И яркое алое пламя жадно поглотило трупы, заставив Эни задрожать еще сильнее.

Окто разорвал подол мантии на полоски и потянулся к пленнику. Руки обхватили дрожащего юношу. Теплая ткань накрыла глубокие порезы. Эни не верил своим глазам: огненосец перевязывал его раны, заботился. Но синяки и следы от клыков так и остались пятнами на теле. Притворяется добродетелем, чтобы потом съесть наивного небесного слугу. Эни не успел и пискнуть, как его заключили в крепкие объятия.

– Эни, мой дорогой Эни! Я здесь, я здесь. И никто тебя не обидит, – успокаивал спаситель. – Никто больше не навредит тебе.

От него пахло кровью вперемешку с цветочной пыльцой. Когти осторожно расчесывали спутанные волосы. Казалось, огненосец дорожил им. Но Эни по-прежнему не узнавал его.

Окто дотронулся до цепей, приковавших пленника к полу. Жар охватил и кандалы. Металл стал податливым, как влажная глина. И Эни наконец-то избавился от железных оков. Но радость не коснулась его лица. Не присущее нечисти поведение настораживало.

– Что вам надо от меня? – поднял недоверчивый взгляд Эни. Окто остановился. Вопрос явно удивил его.

– Эни, ты напуган. Но я твой друг, и я пришел тебя защитить. Я же обещал тебя защищать. Всегда, Эни, – ответил он. Ладонь скользнула по щеке, заставив небожителя враждебно съежиться.

«Соблазны опасны для чистых душ Небес», – вспомнил он и повторил вслух.

– Да какие могут быть соблазны! О чем ты? Ты позвал меня, и я пришел. У меня есть и другие обязанности. Но я очень соскучился по тебе, мы не виделись целую вечность, – вздохнул Окто. – Мне уже начало казаться, что ты забыл…

Но притворщик не успел договорить, как внезапно промелькнула яркая вспышка. Като. Родной голос прогремел подобно грому:

– Дитя Тьмы! Сейчас же возвращайся в Ад! Не место тебе среди людей!

– Я сам решаю, где мне место! – прорычал Окто. Эни, воспользовавшись моментом, оттолкнул огненосца силой и побежал к опекуну.

– Отец! – закричал он и прижался к Като. Слезы стекали ручьем по щекам.

– Советую приглядывать за своим белокрылым и не отпускать его ночами одного. В Мире людей опасно. Если б я не успел… – вмешался Окто, но Като перебил его:

– Кто это сделал с тобой, Эни? – задал вопрос опекун, разглядывая измученного воспитанника. Костлявое тело облепили черные лоскуты, а на коже виднелись синяки и следы укусов.

От похитителей остались лишь горстки пепла. Настоящих преступников теперь не обвинить. А вдруг явившийся огненосец и есть тот самый хозяин? Он специально притворяется героем, чтобы утащить пленника с собой как трофей! И Эни кивнул в сторону фигуры в черном:

– Это он сделал.

Октавиан замер на месте.

– Это ты обидел моего сына?! – прогремел Като.

– Это он, отец. Он обидел меня, – холодно подтвердил Эни. Ненависть к жадным исчадиям Ада грызла его небесное сердце.