Книга Хрустальные осколки, страница 14 – Кристина Шрайфер

– Спи, прекрасная душа, да простят Небеса грехи твои, и откроются тебе врата в Вечную обитель.

Он накрыл усопшую мантией, а сам топтался на месте, пока метель кружила тревожные мысли.

Теперь у Ниро остался только Эни. О каких-либо близких родственниках малыша небесный слуга ничего не знал, ибо в архиве «Воплотившихся в человеческом теле душ» он нашел только адрес, где на тот момент проживали будущие родители Ниро, и краткие сведения о них. Но Эни плохо запоминал имена и не планировал знакомиться с людьми.

Пока он пытался прийти в себя, Ниро расплакался сильнее. Эни начал утешать его, покачивая, но младенец не умолкал. Личико обрело мраморный узор, пальчики похолодели.

– О творец, создатель, как же я глуп! – отругал себя Эни.

Церковь, как и любое другое святое место, служила барьером от темных сил. Но Эни держал в своих руках человеческого младенца, нуждающегося в материнской любви и тепле. Малыш сам о себе не позаботится, и, если не найти ему подходящих родителей, тот погибнет от голода и холода.

Эни вернулся в жилой квартал. Снег хрустел, обжигая босые стопы.

Он представил, как передает улыбающегося друга благочестивым родителям и нежные материнские руки прижимают малыша к груди.

Интуиция звала повернуть направо. Эни зашел в переулок с говорящим названием Надежды и остановился перед первым двухэтажным домом из коричневого кирпича.

– Уверен, мы на месте. Я это чувствую. Здесь живет твоя новая семья, мой друг! – с улыбкой произнес Эни.

Но он не мог так просто посреди ночи зайти в дом и отдать чужого младенца спящим хозяевам. Требовалось как-то привлечь их внимание.

Эни, в отличие от родного брата, не обладал хитростью и изобретательностью. Единственное, до чего он додумался, – разбить оконное стекло и этим разбудить жильцов. Эни аккуратно положил Ниро у порога, затем подошел к боковому окну и разорвал левый рукав рубашки. После он обмотал ею правый кулак, глубоко выдохнул и приготовился. Собравшись с духом, Эни в прыжке ударил кулаком по стеклу, и крупные осколки с оглушительным звоном разлетелись в разные стороны. К счастью, он успел вовремя увернуться и поранил только костяшки пальцев.

Эни забежал за угол дома и стал выжидать. Через несколько минут дверь распахнулась, и на улицу выбежал высокий широкоплечий брюнет в наполовину застегнутой зимней куртке. Увидев разбитое окно, он громко выругался, но, заметив на пороге плачущего младенца в пижаме, успокоился и наклонился, чтобы взять его на руки. Вскоре следом за незнакомцем из дома выскочила одетая в пуховик молодая светловолосая женщина приятной внешности. Эни заметил у нее выпирающий из-под куртки животик – значит, у Ниро скоро появится братик или сестричка. Блондинка забрала у мужа ребенка, и все вместе они вернулись в дом.

Эни напоследок обратил внимание, как бережно та прижимала к груди малыша, и улыбнулся. И со спокойной душой сложил ладони вместе, благословляя новых родителей Ниро.

Приятное тепло медленно разрасталось в груди, позволяя Эни на время забыть о пережитом: укусах хищника из Нижних миров и одержимой злым духом несчастной женщине, умершей в муках.

И стоило начать ярко светиться от счастья, как жгучая боль резко пронзила целое плечо. Багровый поток хлынул из появившегося пореза и мигом окрасил полупрозрачную ткань. Эни сжал зубы, пытаясь стерпеть невидимый удар.