Книга Тыквенно-пряный парень, страница 23 – Соль Валентайн

К следующим выходным все мое окружение ненавидит кофе.

Я заставляю бабушку, Ритку и Кира перепробовать все новое меню. Все рецепты, что я разработала и переработала с учетом пожеланий и доработала с учетом реалий закупок и доступных у поставщиков продуктов. Рафы, латте, мокко, капучино с сиропами, венский кофе, шокочино, фраппе – от названий идет кругом голова.

– Все, я больше не могу. – Ритка сползает по дивану вниз, тяжело дыша. – Аль, ты уничтожила мою любовь к кофе.

– Нет, – держа в зубах карандаш, отвечаю я, – я закончила новое меню. Все! Завтра вводим в ассортимент, и завтра же привезут новые десерты.

А еще я создала официальную группу и телеграм-канал кофейни, напечатала небольшие новогодние открытки с QR кодами соцсетей и запланировала скидки на новое меню. Если это не сработает, все усилия прошедшей недели окажутся тщетны, но я верю в успех.

Кофейня преобразилась. Я пересмотрела тонны эстетик на «Пинтерест», прежде чем решилась потратить деньги на украшения.

Теперь на нашей двери висит рождественский венок, на стойке красуется новогодний букет с сухоцветами. В углу – наряженная елка, каждая веточка которой опутана гирляндой-паутинкой. Я потратила целый выходной, чтобы ее нарядить, зато теперь она как из трендовых роликов – будто усыпана искрящимся снегом. Вдоль стойки гирлянда в виде заснеженных еловых веток, на каждом столике – вазочка с такими же ветками и по мерцающей электросвече. Вдоль окна расставлены банки с гирляндами внутри, фигурка рождественского оленя и – моя гордость, случайно найденная на маркетплейсе, – огромная новогодняя чайная пара. Конечно, мой самодельный декор не дотягивает до картинок новогодних кофеен Москвы, но все равно выглядит очень атмосферно и свежо.

– Ты молодец, – с восхищением говорит Кир. – Уже фоточки полетели по чатам.

– Хорошо бы, – вздыхаю я. – Кофеечку?

Кир морщится, и я начинаю хихикать.

Вот уж от кого не ожидала поддержки, так от него. Рита на удивление стойко держалась нейтралитета и согласилась только выступить кофейным экспертом. Бабушка не одобряла в разы увеличившуюся нагрузку в кофейне, и я старалась ее лишний раз не дергать. А вот помощь и мнение Кира оказались неоценимы. И я, к собственному стыду, вовсю пользуюсь его добротой.

Например, сейчас он собирает стеллаж, купленный за какие-то смешные деньги с рук. Для него у меня уже приготовлены место у двери и новогодний декор.

– Не расскажешь, зачем тебе полки? – спрашивает Кир.

– Так, хочу реализовать кое-какую идею…

– Да ладно тебе, я же не трепло! Не буду я рассказывать Андрюхе твои секретные идеи. Просто интересно.

– Хочу организовать буккроссинг в кофейне. Чтобы в назначенный день все желающие пришли поменяться книгам, отдать ненужные или взять что-то себе. А после оставим полки для книг на постоянной основе. И я надеюсь, что те, кто придет на обмен, не удержатся и что-то купят. На новое меню как раз будут скидки.

– Прикольно, – хмыкает Кир. – А если будут приносить хлам?

– В каком смысле?

– Ну всякие учебники из девяностых, старые развалившиеся книги. Так всегда: народ приносит старье, а ухватить хочет новинки.

– Ты прав. Я об этом не думала. Надо прописать какие-то правила. Спасибо.

– Видишь? – Он поднимает голову от стеллажа. – Я могу быть полезен.