Книга Требуется приспешник, страница 86 – Лилия Альшер

— От смеха, кстати, тоже, — намекающе подчеркнул он и закрыл записную книжку. — Так что, не искушай судьбу, иди собираться, через час выезжаем.

Все еще нахально веселясь, Лорейн в прекрасном расположении духа отправилась готовить маленькую женскую пакость. Одеваться в умопомрачительное платье. Потому что нечего искушать темную магессу всякими плечами и спинами в ладно скроенных костюмах. Ей, может, тоже есть что подчеркнуть и не показать.

Вскоре оказалось, что давать девушке на сборы целый час — негуманно. Тут или справишься за полчаса и сидишь потом одетая, или часа не хватит. Золотой середины не бывает. Лорейн сегодня выпал первый вариант. С непозволительной для благородной девицы скоростью она приняла ванну, надушилась и оделась, а губы докрашивала уже подрагивающими от нетерпения руками. В зеркале отражалось видение, грозившее томным вечером не только Мориону, но и половине зала. И почему она раньше ничего подобного не носила? Надо бы пересмотреть гардероб. Все же Диана была права, зачем пытаться надеть что-нибудь неприметное и потеряться в толпе, когда есть красное?

Подправив кончиком пальца помаду, Лорейн накинула на плечи палантин из серебристого пушистого меха с кистями и решила, что можно идти изводить работодателя.

— Я хотела придержать интригу до того, как мы приедем, — сказала она, просунув голову в открытую дверь.— Но потом решила, что лучше ты упадешь в обморок дома, а не в том публичном доме, куда мы собираемся ехать.

— Ты уже готова? — Он взглянул на часы. — Тогда подожди, я встану, чтобы обморок получился эффектнее и громче.

Он, и правда, встал с кресла, но больше для того, чтобы надеть пиджак. Лорейн высокомерно вплыла в кабинет, спустив с одного плеча меховую накидку и эффектно крутанулась на месте. Морион замер с одной вдетой в пиджак рукой, словно размышлял, стоит продолжить одеваться или начать раздеваться. Глаза темнели, взгляд скользил от губ к длинной шее, от шеи по ключицам к белой груди, по талии. И снова замер на губах. Взгляд был таким осязаемым, волнующим, что Лорейн рвано и тихо вздохнула от неожиданного смущения. Одновременно хотелось, чтобы он перестал так смотреть и чтобы продолжал.

— И-и? — совладала с голосом Лорейн и намекнула на задолженность по комплиментам.

— Восхитительное платье, обеспечит мне множество тягостных минут, как ты и хотела, — сказал он возмутительно спокойным тоном и надел-таки свой пиджак. — Думаю, можно сюда кое-что добавить.

Он наклонился, с шорохом открыл ящик стола и недолго покопался там.

— Повернись, — приказал Морион, поднимая из ящика кулон на длинной цепочке. В свете настольной лампы цепочка сверкала мелкими радужными бликами.

Лорейн повернулась. Каждый его шаг ближе совпадал с ударами сердца. Стоять к нему спиной и ждать прикосновения будоражило тех бабочек в животе, о которых обязательно пишут все романтические книжки. Она чуть глубже вздохнула, когда холодный тяжелый кулон из золота опустился в ложбинку груди. Цепочка в руках Мориона дважды обернулась вокруг шеи сверкающим колье. Лорейн замерла. Внутри стало горячо-горячо, а он едва-едва потянул ее к себе за края цепочки, и, когда ее обнаженные плечи коснулись его груди, наклонился к уху и спросил:

— Испытывая мое терпение, что ты будешь делать, когда оно иссякнет, маленькая бесстыжая ведьма?