Книга Прикосновение, что нежнее ветра, страница 51 – Евгения Кловер

— Не знаю, что еще писать. — Призналась им, сидя на полу в окружении разложенных листов бумаги, часть которых уже испещряли записи ручкой.

Артем решил, что нужно выудить из памяти все, что происходило в видении. Найти подсказки и зацепки, чтобы повернуть судьбу в нужную нам сторону. Пальцы мои уже устали, каждый прожитый день в квартире Кирилла вспыхивал яркой вспышкой, оседая на бумагу чернильными буквами и кляксами. Порой приходилось так глубоко погружаться в воспоминание, что я сидела, замерев, и растягивала улыбку. Ребята этого не замечали, они тем временем включили внутренних хакеров и детективов и принялись выуживать информацию из интернета. Для них все казалось простым и элементарным, как компьютерная игра, в которой основная миссия — спасти персонажа. Вот только в виртуальной реальности есть возможность вернуться на точку сохранения в случае неудачи, чего мы на самом деле были лишены. На плечи непомерным грузом легла ответственность, страх сделать ошибку. А еще я не призналась ни Даше, ни Артему, что изнутри терзало непередаваемое словами ощущение — желание увидеть того, из-за кого разгорелся весь сыр-бор, смешанное с возбуждением, характерным для детей, перепивших газировки.

— Стоит начать с социальных сетей. Так мы сможем попробовать отследить его планы и перемещения, найдем близких друзей. — Предложил Арт. — Помнишь его ник?

Я похолодела. Воспоминание плюхнулось осадком в глубине души и заворочалось как ленивый кот, которого хочется погладить, но будет сложно потом сдвинуть с места.

— Graphov.so.stetoskopom. — Я продиктовала на автомате, гадая, какое именно фото будет сейчас последним в ленте, какой новостью он поделился.

— Блин, закрытая страничка. Нужно кидать запрос в друзья. Сама? — Друг вопросительно поднял бровь.

— Сама.

Заявка на рассмотрении. В прошлый раз я спокойно пролистала его ленту, страничка была открытая. Значит, это еще одно расхождение с вероятным будущим? А что, если там совсем другая история и хронология событий его жизни? Что бы я почувствовала, если обнаружила фотографию с девушкой, с которой у них были бы завязаны отношения?

— Мы знаем наверняка, что он учится на медицинском, курс четвертый, живет в центре города, при чем адрес ты знаешь точный, и с высокой вероятность умрет в ближайшие месяц или два. — Даша прервала мои мысли, постучала кончиком карандаша по нижней губе. — Что ты там еще успела выписать?

— Его бабушка была военный хирург, брата зовут Арсений, раньше с ним жил лабрадор по кличке Барс, он любит ромашковый чай, спортивные каналы. И у него забавные смешинки в глазах, когда он улыбается или шутит. А еще волосы светлые, густые и непослушные, этакие легкие завитушки. Он ужасный чистюля и перфекционист. Между прочим, злился на вас, когда вы кидались друг в друга попкорном на его турецком ковре. А еще увлекается бегом, участвует в полумарафонах и марафонах. Любит фланелевые рубашки.

Мне не нужно было читать с листа. Даша вздохнула, Арт смущенно отвернулся, и я осознала, что наговорила совсем не то, что нужно, отнюдь не то что помогло бы спасти кого-то от гибели. Память предательски подкидывала крохи, которые я подмечала и хотела оставить у себя как барахольщица интересные диковинки.

— Простите, я такая дура…

— Нет, просто влюбилась, — подруга мягко коснулась моей руки. — И это здорово. Любовь — самое прекрасное, что может случиться с человеком.