Книга До встречи в метро, страница 6 – Евгения Кловер

2.

Ася вышла из серого унылого здания редакции с таким же серым унылым настроением. Она с силой пихнула ни в чем неповинный камешекна дороге носком своего массивного ботинка, и тот, отрикошетив от урны, влетел в боковину припаркованной рядом иномарки и упал плашмя у колеса. Девушка чертыхнулась и принялась озираться по сторонам. Не хватало ей еще получить по голове за порчу имущества. На ее удачу никого из прохожих в радиусе ближайших метров не было.

– Хоть на этом спасибо! – обратила она свой тихий возглас куда-то в небо.

Висовская была атеисткой, но в какие-то высшие силы все равно периодически верила. Зачастую, когда прижмет, или когда хотелось посетовать на судьбу. Сестра на этой почве шутила, что у нее раздвоение личности.

– Девушка, это вы мне?

Она повернула голову. На первом этаже здания, из которого она только что вышла, было открыто окно, и мужичок в форме охранника выдувал через него сигаретный дым на улицу. Асе стало до ужаса неловко. Камни швыряет в машины, сама с собой разговаривает – ну, прямо городская сумасшедшая! Проигнорировав вопрос мужчины, она тут же ускорилась в сторону метро. Лучше будет, если ее не запомнят стоявшей возле иномарки с валяющимся у колеса камнем.

Пока она шла, прокручивала в голове разговор, который вела со своим экс-начальником – главным редактором «Утреннего вестника». Если это вообще разговором назвать можно. Целый год Ася проработала в этой жалкой газетенке внештатным журналистом. Каждый раз ее кормили обещаниями взять в штат, если она принесет действительно стоящую статью. Но что именно подпадало под понятие «стоящая», девушка так и не поняла. «В политику не лезь», «здесь слишком однобокое мнение», «это не статья, а лозунг остановить вырубку леса». Все, что она присылала постоянно становилось забракованным или переписанным штатным репортером чуть ли не до основания. За двенадцать месяцев Висовская истратила целую половину имеющихся в мозге нервных клеток. А ей еще с другой половиной жить да жить! Надежда стать полезной для общества перетиралась в труху. Амбиции быть крутой журналисткой сдувались как воздушный шарик. И несколько минут назад Ася окончательно поставила точку в карьере в этой газете, высыпав на стол главного редактора ошметки бумаги из корзины шредера.

– Дура, дура, дура! Вспыльчивая дура!

Теперь, естественно, она сожалела. Ася отродясь не была агрессивной и несдержанной. Наоборот, еще со школьной скамьи она привыкла накапливать негативвнутри себя и давить его там как тараканов, транслируя наружу лишь доброжелательную улыбку. Ей казалось, что для журналиста это важно – быть тактичной, терпеливой, стрессоустойчивой. Но что-то пошло не так. И как профессионалом она была сейчас собой очень недовольна.

Ася вытащила телефон из кармана платья, в которое нарядилась по случаю поездки «на работу», и зашла на электронную почту. Последнюю неделю, будто бы предчувствуя надвигающуюся карьерную бездну, она активно рассылала свои резюме и портфолио по редакциям газет и в журналы. Рассылала без разбора, будь то даже онлайн-журналы по эзотерике (в которой была ни гу-гу) или садоводству (здесь получше, она хотя бы могла отличить вишню от черешни). Ответы или не приходили совсем, или поступали, но с фразой, что Висовской чего-то не хватает, зачастую образования или профильного опыта.