Книга Под светом Суздаля, страница 26 – Тася Мишкина

Зато мне терять нечего. На высоте всегда думается легче. Посижу, посмотрю на мир и, может быть, придумаю что-то стоящее?

Подняться оказывается сложнее, чем я ожидала. Банка со сметаной никак не желает помещаться в карман, так что приходится тащить ее в руках. И как этот фотограф, уже вовсю щелкающий затвором камеры, взлетел туда с такой скоростью? Я пять раз чуть не упала, а ведь еще и треть пути не проделала. Снизу холм казался не таким уж и высоким! А когда я, наконец, взбираюсь на вершину, чувствую, что меня можно выжимать. С лица течет, волосы прилипли к щекам и шее.

Но вид того стоит.

Справа по узенькой речке друг за другом плывут три маленькие лодочки с романтичными парочками на борту и открывается изумительный вид на роскошный цветущий луг. Слева на земле устроились небольшие деревянные домики с черепичными крышами. Крохотный квадратик неподалеку от насыпи заполонили детские игрушки. Из широких бревен кто-то добрый сделал удобные стульчики и даже стол. Маленькаябревенчатая песочница, выкрашенная в желтый цвет, заполнена резвящимися шумными детьми. На фоне реки и зеленого луга этот маленький городок кажется чужеродным, но прекрасным. Но больше всего удивляют детская горка и качели, устроенные на деревянных брусьях. Треугольная крыша едва прикрывает столбы, но выглядит это все как небольшое произведение искусства, будто кто-то очень ловкий сделал все это своими руками, чтобы порадовать детишек.

Слезы наворачиваются на глаза. Почему все во взрослой жизни так сложно? Почему нельзя быть такими же легкими, как те дети внизу, что ссорятся и в тот же момент подставляют друг другу мизинчики? Разве так сложно радоваться каждому моменту и любить жизнь такой, какая она есть? Видимо да, раз вместо этого мы придумываем глупые проблемы на свою голову. А хуже того – пытаемся их решить и впутываемся в новые. Так и рождается клубок, который со временем собирается в огромный снежный ком и давит на плечи. Иногда убивает, а иногда делает сильнее.

Вдыхаю теплый воздух полной грудью. Я обязана уехать отсюда. Вернуть свою прошлую жизнь. Даже если это случится не так скоро, как хотелось бы, мне просто необходимо снова стать частью чего-то важного.

Прикрываю глаза и поднимаю голову к небу. Тело постепенно расслабляется, дыхание становится ровнее, и я успокаиваюсь. Все наладится. Я же сильная девочка – со всем справлюсь. Но тут я теряю равновесие. Чья-то сильная спина врезается в мою, и я спотыкаюсь. В какой-то момент земля уходит из-под ног, и трава стремительно приближается к лицу. Я вскрикиваю и жмурюсь. Все что угодно, лишь бы не видеть приближающуюся зелень. Уже готовлюсь к острой боли, но тут сильная рука подхватывает меня за талию и резко прижимает к себе.

– Эй, ты в порядке? – с беспокойством спрашивает тот самый парень, который недавно первым взлетел на холм. – Извини, я совсем разучился по сторонам смотреть…

Я, вообще-то, собиралась сказать именно эти слова, но совсем другим тоном. И без такой широкой улыбки. Эй, фотограф, ну чего ты смотришь так, будто перед тобой не девушка, а принцесса Уэльская[2]собственной персоной? Давай, отпусти меня! Отпускай же, ну…

– В порядке, – произношу я едва слышно.

Так. А это что? Почему у меня такой хриплый голос? Мамочки… А что это делают его руки?! Пальцы чуть крепче сжимаются на талии, и он приподнимает меня, заставив принять нужное положение. А потом все же отпускает и делает шаг назад.