Книга За что наказывают учеников, страница 168 – Наталья Корнева

— Хочешь снова взятьмою кровь? — тихо спросил темный Учитель. Печальная, полная горечи улыбка поползла по его губам, словно алая змея.

Нет, Элиар вовсе не хотел, чтобы кровь Учителя, священная красная киноварь, снова была на его руках. Но простых ответов и простых решений более не существовало.

Отгоняя мрачные видения, вслух он сказал другое:

— Если мессир опять попытается напасть, мне придется сделать это.

Гортанный голос не дрогнул, тон был сух и угрюм. Учителю придется задуматься над этими словами: теперь он не может читать сердце Второго ученика так же легко, как открытую книгу. Прежде история прямодушного и простосердечного кочевника была доступна каждому. Теперь же, пожалуй, никто не сумеет с уверенностью прочесть ее. Он больше не мальчишка. Он достиг зрелости.

— Если потребуется, ваша кровь вновь станет моей, — спокойным и твердым голосом подтвердил он.

Тряхнув головой, Элиар с усилием прогнал застилавший глаза гнев. Много лет он привык жить без сердца… в какой-то степени так было даже проще. Почему же в последние дни эмоции вновь пробудились и давали о себе знать? Когда-то он был жрецом солнца, но давно уж, порвав всякие духовные связи с Красным орденом, превратился в жреца тьмы. Он не имеет права вспоминать о прошлом и тем более рассчитывать на понимание.

Однако он должен как-то убедить Учителя. Увы, тот сомневается в нем, а сомнение для наставника всегда было равносильно уверенности. Элиар чуть сдвинул смертоносное лезвие в сторону, взамен сдавив горло Учителя тяжелой рукой с длинными металлическими когтями.

— Не смейте сомневаться во мне, мессир! — Случившееся заставило пойти на крайние меры: чтобы Красный Феникс поверил его эмоциям, на миг он приподнял ментальные щиты, почти не сомневаясь, что в ответ Учитель попытается атаковать. Опытный менталист мгновенно распознает слабую позицию и нанесет удар в уязвимое место.

Но тень не использовала удачно подвернувшийся случай, не предприняла попытки достать его, наверное, успев убедиться в драконьей природе его духа.

Мгновенный контакт разумов произошел по его воле и потряс их обоих. Учитель почувствовал его искренность. Не мог не почувствовать. Эта искренность опалила наставника, как пламя, от нее перехватывало дыхание и пропускало удары сердце.

— Ты такой упрямый, — наконец откликнулся темныйУчитель, придя в себя. — Невозможно упрямый. Разве я не учил тебя, что упрямство — достоинство ослов? Не совершай одни и те же ошибки дважды.

Неужели? И от кого же, интересно, унаследовал он это ослиное упрямство? Сложнее всего терпеть в других личные недостатки.

— Учитель и сам не всегда следует собственным мудрым наставлениям, — хмыкнул в ответ Черный жрец.

Закатив глаза при этих словах, темный Учитель отозвал плеть: та отпустила горло Элиара и, послушно свернувшись кольцом, вернулась к хозяйской руке.

— Ну и что мне с тобой делать? — едва слышно вздохнул он.

В свою очередь выполняя обещанное, Элиар поднялся и почтительно отсалютовал клинком, приложив его ко лбу, а затем убрал оружие в ножны и помог тени встать.

— Кто виновен в вашей смерти, мессир? — Элиар попытался обратиться к памяти души, которую сейчас, в пространстве иллюзий и снов, разблокировать легче, чем в воплощенном материальном мире.

— Уже позабыл, кто сделал это? — Темный Учитель посмотрел на него с раздражением.