Книга Догоняя рассвет, страница 93 – Рэдрик Нанн

Стать бездушным инструментом, лишиться сердца, голос которого не надобен в строительстве цивилизаций, – этого ли он хотел?

– Если сейчас я видел перед собой богов, тогда мне лучше остаться верным своему.

На этих словах он широким шагом направился к вратам из Академии. Клайд толкнул тяжелые створки и вошел в слепящий белый свет.

К четырем часам следующего дня Амари прибыла в Иристэд. Она гнала лошадь, дав ей передохнуть лишь дважды, и страшно рисковала, что измученное животное рухнет и собьет все колени. Однако добралась до города без происшествий, и лошадь, выносливо выдержав путь, отправилась восстанавливать силы в конюшню Мореттов.

Стены из белого мрамора чудились Амари неприветливыми, будто дом мог судить ее за побег. Но Амари не желала думать, как примут ее появление, куда больше она была взбудоражена вестью. Стремительно влетев внутрь, девушка столкнулась с мертвой, создающей впечатление пустоты тишиной, и бросилась в обеденный зал, не позволяя растерянности сковать себя.

– Здесь есть кто-нибудь?

На громкий зов Амари откликнулась Изабель, выбежав с немало удивленным видом.

– Амари? Зачем ты вернулась?

– Что-то грядет, Изабель, мне нужно срочно увидеться с Рю… – торопливо роняла слова Амари.

– Стой, хорошо, – прервала Изабель поток ее быстрой речи, – только помойся сначала, а то несет, как от кучи навоза. Рю вернется домой, и вы обо всем поговорите.

Похоже, тревога Амари не передалась ей ни на миг, а вот запах немытого тела вызвал на лице неприкрытое отвращение. До этой минуты Амари не замечала, что источала жуткое зловонье пота и крови, от которого у Изабель наверняка помутило рассудок.

Приняв ванну с сиреневым мылом, Амари дожидалась Рю в зале за ужином. Она напрочь забыла вкус свежего хлеба и густой горячей похлебки, отчего принялась за еду с жадностью, почти не владея собой. Изабель одолжила комплект чистой одежды, настояв на стирке костюма, и теперь сытая, испускавшая аромат сирени Амари наконец оживилась и смогла привести мысли в порядок.

Изабель села рядом, между девушками повисло молчание. Амари порывалась озвучить вопрос, ответ на который требовало сердце, но никак не решалась. Она помнила, как жестоко распрощалась с Лироем, и от стыда не могла преодолеть немоту.

Вскоре до них донесся звук возвращения Рю, девушка метнула взгляд ко входу в зал. К радости Амари, он выглядел здоровее, чем когда бы то ни было прежде, но не радость в тот миг охватила ее.

– Рю, – поднялась Амари, выражая тревогу, – на Иристэд надвигаются вампиры.

Тот лишь вскинул бровь, не слишком озаботившись проблемой.

– И что ты предлагаешь? Чтобы я тут же схватился за меч и пошел их рубить?

То, как сухо и грубо Рю отозвался на угрозу опасности, поразило Амари до оцепенения. Она бросила недоуменный взгляд на Изабель, и та неловко поджала губы, как бы говоря своим видом, что перемены Рю пугали ее тоже и продолжались уже длительное время.

Не получив ответ, Рю усмехнулся.

– Где Лирой? – выпалила Амари то, что давно просилось наружу.

– Этот поганец там, где ему и место. Среди своих.