Книга Догоняя рассвет, страница 8 – Рэдрик Нанн

И тем не менее, пережив столкновение с дьяволом, она заснула глубоким, беспробудным сном сразу же, как только грузной головой ощутила мягкость подушки.

Может, дьявол явился к ней только затем, чтобы напомнить о немалом количестве выпитого? И в действительности Амари боролась в переулке с собственной тенью? Такое подозрение подтверждал и Иристэд – город молчаливо обходил стороной ночной визит демона, каким бы порождением зла он ни был в самом деле.

Пробудившись ближе к вечеру в относительно бодром расположении духа, Амари обзавелась запасом еды на базарной площади и в качестве убежища предпочла башню бывшей ратуши. Новое здание городской власти высилось над центром Иристэда и было отстроено в лучших традициях крепостей знати Аклэртона – со скульптурными композициями на мраморном фасаде, арочными бойницами, имперскими гербами; в то время как старая башня с уснувшими у основания часами возносилась на северо-западе и не привлекала внимания. Невзрачная, сложенная из грубого камня и законченная зубцами – она подходила для уединения как нельзя лучше.

Отсюда Амари следила за горизонтом. О городе, венчающем скалы под розовым небом, впору слагать песни, но отдаленный от столицы Иристэд не пользовался в империи широкой популярностью и любовью. Не пленил возможностями безбедного существования и не поражал воображение масштабами, хотя окрестные пейзажи вполне могли бы заявить права на сердца художников и поэтов…

Мысль Амари оборвалась, шестым чувством она ощутила за собой движение и вся обратилась в слух. Благо, теперь он не подвел ее.

– У тебя почти получилось застать меня врасплох, – улыбнулась девушка Лирою через плечо, отметив про себя его превосходное умение подкрадываться со спины. Будь на месте Амари кто-либо другой, затея Лироя, какой бы она ни была, увенчалась бы успехом. – Впечатляет.

– Благодарю, – ответил тот легким кивком, – но вообще-то это моя территория.

– В таком случае мне следует уйти? – Амари запрыгнула на зубчатый парапет башни и развернулась к Лирою лицом. Ей доставляло удовольствие угадываемое за белилами недоумение, ведь Лирой не сразу сообразил о том, что последует дальше.

– Стой!

Порывистый крик нагнал Амари, когда она сделала шаг назад, камнем срываясь со стены. Высота овладела телом, на миг помрачила рассудок, и лишь внутренняя сила сумела обуздать этот порыв всепоглощающего возбуждения. Успев в решающую секунду падения схватиться за край каменного парапета, Амари рывком подтянулась на руках и перекинула себя обратно на башню с таким железным самообладанием, будто не придавала никакого значения своей безрассудной выходке.

Пульс молотом стучал в висках, как сумасшедший, но ни страх, ни волнение не были тому причиной. Амари охватил приступ азарта и гордость находиться под искрящимся взглядом Лироя.

– Ты только прислушайся, – проговорил он с нескрываемым восторгом.

– Что это? – подыграла Амари, словно взаправду улавливала что-то, помимо собственного возбужденного дыхания.

– Так бьется влюбленное сердце, – ее лихой прыжок явно произвел на Лироя глубокое впечатление. – Что ж, полагаю, здесь хватит места для нас обоих.

Уняв наплыв ликования, она встала рядом с Лироем. Тот замер в задумчивости, обратившись лицом к вечернему горизонту, и затих. Удивительно, как он избежал замечаний по поводу фиолетовых ссадин на лице Амари, которыми наградила ее ночь, хотя, казалось, Лирой из тех, кто с радостью проронил бы какую-нибудь веселую колкость.