Книга Забытый принц, страница 43 – Ева Винтер

Я не удержался и посмотрел на него.

– Что? – небрежно спросил он.

– Почему ты так зациклился на том, чтобы я узнал об этом? Какое это вообще имеет значение? И что за неуемное любопытство к этой целительнице?

– О, однажды ты сложишь этот пазл и будешь страшно удивлен, – иронично протянул бог, салютуя мне бокалом. – А я обязательно буду где-нибудь поблизости, чтобы от души полюбоваться твоим лицом, на котором зажигается осознание.

– В наш договор не входит штудирование сказок, – мрачно отозвался я, мысленно виня себя за излишнее проявление эмоций.

– В наш договор, – в голосе Райндхарда слышались нарастающие раскаты грома, – с тех пор как ты его неосмотрительно нарушил, входит все, что мне захочется.

– Я должен был всего одну жизнь, а теперь в наказание должен тебе шестьсот шестьдесят шесть. Разве этого мало? Что тебе еще от меня нужно? – прорычал я и тут же упал на пол, хватаясь руками за горло и кашляя.

Бокал из моих рук выпал и рассыпался на осколки по полу, как драгоценные камни. Лужа красного вина напоминала пролитую кровь. Райндхард встал и угрожающе медленно подошел ко мне. Под его сапогами хрустело стекло. А у меня было такое чувство, что это мое горло хрустит под его ногами.

– Ты проклял себя, Эридан, в тот день, когда обманул меня. Хотя нет. Это случилось чуть раньше. Ты был проклят еще в тот день, когда ради глупой мечты согласился на сделку. – Огонь в его глазах хлестал, словно раскаленный хлыст. – Ты хотел доказать всему миру, что чего-то стоишь. Хотел, чтобы в тебе видели нечто большее, чем просто бастарда. Ты хотел величия. Только вот цена этого оказалась для тебя непомерно высока. – Из его слов сочился яд. – Думаешь, ты сможешь радоваться славе, зная, что она построена на костях, чувствуя кровь на своих руках? Ты проклят, принц, и ничто в этой жизни больше не принесет тебе радости.

Его голос затягивал удавку на моей шее все сильнее и сильнее. Я задыхался и хрипел, не в силах даже подняться на ноги.

– Ты будешь делать все, что я тебе скажу. – Эти слова прозвучали холодно и жестко, как приставленный к горлу клинок. – И если я сказал идти завтра в библиотеку, значит, ты пойдешь туда!

Райндхард отошел в сторону, и удерживающая меня сила отступила. Я обессиленно повалился на пол, впиваясь руками в осколки и рвано дыша. Внутри меня словно перемололо. Я ненавидел Райндхарда не только за то, что он чудовище, но и за то, что он делал из меня точно такое же чудовище, каким был сам.

– Мне нравится, что я вижу в твоих глазах ярость. Люблю людей, которых нелегко сломить.

С этими словами он взял со стола артефакт «Поглотитель души» – неотъемлемую часть моих жертвоприношений. Ловким движением извлек из него с помощью артефакта-ключа душу убитой девушки и поместил ее в медальон на своей шее. Все это он проделал с таким непринужденным видом, словно заваривал чай.

– Что бы я ни делал, ты всегда принимал это с достоинством, – продолжал он. – Никогда не умолял пощадить тебя, не просил о прощении, не скулил, не жаловался. Это весьма похвально.

Он сделал небольшую паузу, внимательно рассматривая меня, а затем спросил:

– Ты помнишь, сколько еще мне должен?

– Пять, – устало ответил я.

Райндхард кивнул и исчез, а я еще долго сидел, привалившись спиной к креслу, уставившись немигающим взглядом в огонь.