Книга Песнь предсказателя Небес, страница 37 – Дао Цинь

Император усмехнулся и стал поглаживать свою негустую белоснежную бороду.

– Мне уже все рассказали. Неприятная новость, но разве не в этом скрывается вся прелесть нашего служения народу? Мы правим, но мы и погибаем. Всегда будут те, кто желает нам смерти. Я много раз учил тебя таким простым мудростям, мой мальчик, но ты продолжаешь верить, что твоя жизнь безоговорочно принадлежит только тебе.

– Если душа чиста, а помыслы светлы, кому понадобится убивать такого человека? – Молодой предсказатель поймал еще один упавший лепесток с абрикосового дерева. Он аккуратно держал его большим и указательным пальцами, боясь повредить.

– Наивное дитя. – Император издал смешок. – Твой покойный отец тоже был человеком чести и кристально чистой души. Он храбро боролся за тебя и будущее всей империи, но где он сейчас? Он ушел в мир, откуда невозможно вернуться. В этом есть и его вина. Неумение сохранить собственную жизнь оборачивается ошибкой. Он должен был понимать это, как будущий правитель.

Тай Фэн сжал пальцы, в которых держал лепесток, и стал стирать его в кашицу. Его дядя никогда так пренебрежительно не отзывался о своем погибшем брате. Резкий поток ветра пронесся между ними, разделяя их фигуры, словно невидимая стена. Одежды императора затрепетали, будто парус в бушующий шторм. Воздух вокруг стал густым, почти ощутимым на ощупь. Юноша сжал руку в кулак, отведя взгляд в сторону.

– Не смей колдовать при мне, мальчишка. Контролируй свои эмоции! – Фигура императора угрожающе приблизилась к племяннику. Его лицо исказилось от гнева. – Я не потерплю неуважения к себе. Своими выходками ты вынуждаешь меня применить силу. Тебе стоит перенаправить эти способности в русло предсказаний, Фэн.

– Вы боитесь, что однажды солнце не взойдет по мановению вашей руки, а Небеса рухнут, переставая давать ответы на вопросы? – Тай Фэн не должен позволять, чтобы о его отце отзывались так, будто он сам виноват в своей смерти. Никто, даже император, не имеет права оскорблять память погибших воинов.

Ответа не последовало. Они оба стояли в молчании, нарушаемом радостным пением птиц в деревьях. Казалось, природе было все равно, какие молнии между собой метали дядя и его племянник.

– Солнце и луна появляются на небе, когда на то будет ихволя. А вот плакать тебе или смеяться, дышать или перестать – пожелать могу лишь я.Это касается каждого в империи. Не забывай об этом. – Тон императора был суров, он почти шипел, произнося слова. – Моя власть не безгранична, но ее достаточно, чтобы ты пожалел о своем непослушании.

– Если я так вам досаждаю, почему бы просто не изгнать меня? – Тай Фэн повернул голову и прямо посмотрел своему повелителю в глаза.

– О, я бы не хотел избавляться от такого ценного экземпляра, как ты. – Император мягко положил свою ладонь на плечо племянника, который тут же вздрогнул от прикосновения. – Я вижу, как в тебе зарождается магия, по мере того как ты взрослеешь. В нашем роду это редкость. Фэн, ты очень способный юноша, тебе было суждено стать главой гильдии Предсказателей, однако…

Конечно, молодой предсказатель знал, в чем его беда. Эмоции. И порой полное их отсутствие. Баланс не соблюден. Император кивнул, подтверждая внутренние рассуждения Тай Фэна о себе. Он видел его насквозь.