Книга Песнь предсказателя Небес, страница 154 – Дао Цинь

– После этой ночи я хочу посетить кузнецов, чтобы расспросить их об отце. Если понадобится, я обращу всю мощь их молотов на столицу.

– Ты уверен, что готов идти против своего дяди? Не боишься, что тебя постигнет та же судьба, что и твоего…

Тай Фэн схватил Цзян Юна за обе кисти. Удивленный своим резким поведением, он стал прерывисто хватать ртом воздух, но тело его уже не слушалось. Уже пустая бутыль с вином из руки его друга выпала и упала на пол.

– Я вижу, ты забываешь, с кем разговариваешь, – сквозь крепко сжатые зубы процедил он и стиснул руки Цзян Юна так, что они побелели. – Если понадобится, я спрошу твое мнение. А пока будет лучше, чтобы ты молчал.

– Что с тобой? Это алкоголь на тебя так действует? – Морщась от боли, Цзян Юн стал вырываться из крепкой хватки. Охранная печать начала неистово разжигать свое пламя. Громкие хлопки фейерверков на улице заглушали учащенное биение сердца. – Хорошо, мы пойдем к кузнецам, я не собирался мешать тебе…

– Я бы не позволил встать у себя на пути какому-то отбросу как ты. Слишком долго я ждал этого. Изо дня в день не иметь возможности взять всю еговолю под контроль, узнать, чем заняты егомысли… – Взгляд Тай Фэна потемнел и стал яростным. В одно ловкое движение он сбросил Цзян Юна с кровати и повалил на пол, упершись коленом ему в живот. Он надавливал всем своим весом и крепко прижимал руки Цзян Юна к доскам, закинув их ему за голову. – Значит, вот ты какой – слабый и беспомощный. Сначала я разберусь с тобой, а затем закончу все свои дела с ним.

Здесь было что-то не так. Цзян Юн не узнавал нынешнего Тай Фэна. Тот никогда бы не причинил ему боль, не набросился бы на него столь внезапно. Он попытался высвободиться, но чужое колено вдавливало его тело в пол.

– Кто ты и что сделал с Тай Фэном?! Почему он так себя ведет?

В ужасе Цзян Юн принялся брыкаться. Его правая рука онемела от боли, он потерял контроль над ней, левая же была еще в состоянии двигаться.

– Вероятно, ты несешь для негобольшую ценность, – неестественным голосом произнес Тай Фэн. – Я прошелся путями егосамых потаенных мыслей и обнаружил маленький, до нелепости наивный огонек с нежным светом. Кажется, это место в егоголове отведено для тебя. О-о, но здесь есть кое-что еще… Черное, отвратительное, темное желание обладать всем, на что позарится взгляд. Мы с нимне так уж и отличаемся друг от друга. Кровь от крови.

Цзян Юн не знал, как привести друга в себя. Он говорил полную околесицу и причинял ему боль.

– Вспомни о своем отце, о мести императору! Подумай, сколько всего мы пережили и через что еще предстоит нам пройти. Твой отец тебя так любил, Тай Фэн! Я видел твои слезы, которые ты скрывал всякий раз, как солнце садилось за горизонт. С кем бы ты сейчас ни боролся внутри себя, не дай ему победить.

Руки Тай Фэна отпустили его кисти и вцепились в горло. Он надавливал на хрупкую шею Цзян Юна, намереваясь вот-вот сломать ее. Тот всхлипнул и начал задыхаться, левая рука непроизвольно хваталась за пальцы Тай Фэна.

– Ты смеешь упоминать это ничтожество, посмевшее поднять против меня бунт?! Веками ни одна шавка из всех семи гильдий не смела высунуть своего носа, чтобы пойти против правящей руки! – Тай Фэн надавил на шею сильнее. Его черные, обезумевшие глаза хищно прищурились. – А что до тебя… Ты никто и ничто, пустота, но занимаешь столько места в чужом сердце.