Книга Наследство для дракона, или Принцесса-попаданка, страница 28 – Надежда Соколова

Ну здравствуй, другой мир. Ох, отец будет в ярости. И Себастьяну сильно достанется после возвращения. Но то будет потом.

Теперь же надо было найти Алису. И чем быстрее, тем лучше.

С этой мыслью Себастьян огляделся.

Большие разноцветные коробки, которые бог войны назвал домами, стояли вокруг, словно солдаты в карауле. Они были яркими и странными, с окнами, которые светились, как глаза, и дверями, которые выглядели так, будто могли открываться сами по себе.

Себастьян вспомнил наставления бога войны и покрутил на пальце другой портал.

На этот раз, при перемещении, уже не было ярких огней.

Зато Себастьян оказался перед большой обитой железом дверью. Так… Вот, похоже, вход в жилище Алисы, которое бог войны назвал квартирой. И что делать? Нажимать ту кнопку наверху? А это точно сработает?

Впрочем, выбора у Себастьяна не имелось. И он несколько раз прижал палец к кнопке, слушая резкий звук позади двери.

[1] Берта Свон. «Деревенская ведьма хочет любви».

Алиса:

Я ругалась. Стояла у плиты, возле закипевшего чайника, и ругалась. Красиво так, матом, подражая услышанным словам и выражениям любимых родственничков. Чтоб на них икота, чихание и понос одновременно напали!

Одна амулет с шеи стаскивает, другой снабжает этого сволочного дракона межмировым порталом! А дальше что?! Свяжут меня и перед алтарем положат?! Чтобы не могла сбежать из-под венца?!

— И я рад тебя видеть, — ухмыльнулся между тем Себастьян, его улыбка была такой же беззаботной, как у ребенка, который только что украл печенье из банки. — Чая я так и не дождусь?

— Я тебе не служанка, — фыркнула я, скрывая радость от его присутствия. И все-таки налила в заварочный чайник кипяток, стараясь не выдать своего волнения. — Какого лешего ты вообще поперся в незнакомый мир?!

- За тобой пришел, - и улыбка во все тридцать два. Или сколько там у драконов зубов? Я бы все вместе выбила с удовольствием! Чтобы не умничал тут!

- А меня вы спросили? Ну хоть ради разнообразия? Что ты, что отец, что мать? Ты ж на Земле жить не захочешь, тебе твой родной дворец подавай! А я к этой квартире привыкла, сердцем прикипела! Это мое убежище!

- И ради него ты готова забыть обо мне?

- А давай я так же поставлю вопрос, а? Ты ради меня забудешь о родне, дворце, своем мире? Нет? Ну вот и молчи тогда. И чай пей. На вафли можешь не коситься. Они съедобные. Как и пряники рядом.

— Ну, допустим, пряники и мой повар готовит, — хмыкнул Себастьян, его голос звучал с легким налетом самодовольства. — Не совсем уж я такой дикий, как тебе кажусь.

«Не совсем. Ты еще хуже. Сексист фигов», — так и крутилось у меня на языке. Но я молчала. Едва ли не прикусила кончик языка и молчала, наблюдая, как он с интересом рассматривает кухню, словно это была выставка современного искусства.

Когда какой-то идиот рано утром начал трезвонить в дверь, я готова была убивать. Просто потому что не выспалась. Легла поздно, долго не могла уснуть. Только-только расслабилась, уплыла в сон, как здрасьте вам! Кому-то стало скучно, и он начал развлекаться с дверным звонком.

Ну я встала, в чем была, то есть в легкой короткой ночнушке, пошла выяснять отношения.

И обнаружила за дверью Себастьяна.

Я аж икнула от неожиданности.

- Кому-то пора к психиатру, - пробормоталаошалело.

- Здравствуй, Алиса, - Себастьян окинул мою фигуру голодным взглядом некормленого аллигатора. – Внутрь пустишь?