Книга Мы ненавидим всех. Преданные, страница 24 – Таша Мисник

Но тогда почему он вернулся спустя год?

Этот вопрос не дает мне покоя. Алонсо наверняка должен иметь на Дарио мощный рычаг воздействия, иначе бы у него не получилось затолкать моряка обратно на баскетбольную площадку.

– Дарио, где ты пропадал весь год? – спрашиваю я, придвигаясь к нему ближе.

– Я удрал на юг Калифорнии. Жил с приятелями у океана, писал музыку, играл на вечеринках, зарабатывал неплохие деньги. Оказывается, людям нравится мое «дерьмо». – Он усмехается и откидывается на подушку, укладывая руки под голову. Короткая цепь наручников натягивается, и меня автоматически притягивает к груди моряка.

– Прости, я не хотел причинить тебе боль. – Прислонив мое запястье к своим губам, Дарио целует место под железным браслетом.

– Мне не больно, – лгу я.

– Все равно прости. – Он продолжает усыпать невесомыми поцелуями мою руку, добираясь до изгиба локтя.

– Почему ты вернулся? – возобновляю разговор по душам, устраиваясь у плеча Дарио.

– Все просто: меня нашел отец и силой притащил в Роли.

– И силой заставил вернуться в команду? Что мешало тебе снова свалить?

– На то были причины, Ревендж. Очень весомые аргументы против меня. Поэтому мне пришлось стать покладистым мальчиком еще на один год. Такова договоренность.

– Какие аргументы? – не успокаиваюсь я. Мне интересно, как Алонсо удалось приструнить своего Дикого сына.

– Тебе не нужно об этом знать, хорошо? Я и так рассказываю тебе слишком много, в то время как ты не даешь ничего взамен.

– Мне нечего дать тебе взамен, Дарио. Моя жизнь скучная и обыкновенная.

– Это уже мне решать, ладно? – Он сползает на уровень моего лица и поворачивается набок, чтобы смотреть мне прямо в глаза сквозь затянутую мраком спальню. И нам необязательно видеть друг друга. Достаточно чувствовать. – Откуда ты родом? Англия?

– Да, – на автомате лгу я. – Деревушка неподалеку от Глостера, – сочиняю находу. – Чувствуется акцент?

– Да, но мне нравится.

– Что-то еще? – Его пальцы касаются моего лица и нежно поглаживают щеку.

– Кто твои родители?

– Отец фермер. А мамы уже давно нет в живых, – здесь я искренна. – Она была замечательной. Всю жизнь посвятила звездам. Неудивительно, откуда у меня такое имя, верно?

– Прости… Я не знал. Соболезную. – Рука Дарио застывает у моей скулы.

– Все в порядке. Мне было пять, когда я потеряла ее.

– Мне очень жаль, Астра. Правда. – Дарио придвигается ко мне ближе и обнимает за талию. Тепло его тела моментально обволакивает меня и дарит непривычный покой. – Твоя мама выбрала для тебя необыкновенное имя. Это правда. Но оно тебе очень идет.

– А где твоя мама?

– Я не знаю, – вздыхает моряк.

– Болезненная тема?

– Не то чтобы… Я ее совсем не помню. Она сбежала от отца сразу после моего рождения. Но я не осуждаю ее. Ведь я сам предпринимал подобные попытки. Вот только моя мать умеет прятаться лучше, чем я. Это единственное, о чем я сожалею.

– Получается, тебя воспитывал отец?

– Меня воспитывали кто угодно, но только не отец, – ухмыляется Дарио. – Няни, прислуга, учителя, нанятые для домашних занятий. В детстве отец старался избегать меня. А когда не получалось, я отхватывал наказание за любую провинность.

– Как же мне это знакомо… – вырывается раньше, чем я успеваю захлопнуть рот.

– Ага, я помню. – И он цитирует мою фразу, случайно сказанную в ночь нашей первой встречи. Я разоткровенничалась только потому, что думала, что больше никогда не встречусь лицом к лицу с Дарио. А теперь он лежит в моей постели. – На чемпионате мудаков мой отец проиграл бы твоему. – Он обнимает меня крепче. – Я уже тогда понял, что мы с тобой похожи больше, чем хотелось бы.