Книга Таблетка от реальности, страница 88 – Таша Мисник

Почему здесь у нас все получается?

Почему в любом альтернативном развитии событий достаточно поцелуя, чтобы все сложилось хорошо?

Почему в реальности мы выбрали единственный противоположный путь?

Почему не рискнули? Ведь тогда еще не было слишком поздно. Тогда мы еще могли.

Почему я оказалось такой слабой, неспособной по-настоящему бороться за свою любовь?

Все могло сложиться абсолютно иначе. Стоило нам только встретиться в ту ночь. Поговорить. Помолчать рядом. Просто увидеть друг друга. Мы бы снова вспыхнули. Мы бы возродились, а не потухли. Мы бы снова обрели силу. Вместе. И начали бы что-то значить.

Мне бы не пришлось придумывать целый проект ради Эйсто. Честно? Я бы плюнула на этот проект. Отказалась бы. Я бы ни на что не променяла счастье с ним. И мне бы не пришлось сейчас довольствоваться нереальным Эйсто, ведь я могла, могла, черт возьми, получить настоящего обратно. Но чтобы это понять, мне пришлось потерять свою любовь.

Какая же я нерешительная, глупая, бесхребетная дура.

Вина снова колет прямо в сердце. Разинула пасть и кусает, кусает. Отгрызает куски. Не успокаивается. Не теряет аппетит. Рвет. Голодала месяцами, а теперь заново сжирает меня изнутри. Теперь сердца мало. Теперь ей нужен и мозг.

– Вивьен, ты плачешь? – Эйсто прерывает поцелуй и накрывает мои щеки ладонями. Под его горячими руками разливаются мои горячие слезы. Я и не заметила, что плачу. – Черт… Прости. Вивьен, прости. Я не должен был.

Он отступает от меня на шаг, и я теряю контакт с теплом его тела.

– Прости. – Голос Эйсто ломается. – Я не должен был… Сам не знаю, почему сорвался…

Сейчас я даже рада, что так и не отыскала переключатель. Я бы не выдержала на себе взгляда Эйсто.

– Тебе не за что извиняться, – спустя минутную паузу тихо отвечаю я. – Если кого-то и стоит винить, то это меня.

– Что ты такое говоришь? – Он обеспокоен.

– Эйсто, я хочу все тебе рассказать. – Я утираю слезы, стоя у стены. Не вижу лица Эйсто, но так проще говорить. Так смелее. – Я многое скрывала. Недоговаривала. И это грызетменя. Это разрушило нас. Все эти тайны… Договоры… Nebula. Я должна была быть с тобой откровенной. Ведь… – Я тяжело вздыхаю и прикусываю губу. Мне сложно выговариваться даже здесь. Я не умею быть честной. Я забыла, каково это – ничего не скрывать. – Пожалуйста, выслушай меня, ладно? И даже если моя история покажется тебе выдуманной, нереальной, эгоистичной, пожалуйста, дослушай до конца, а потом задавай вопросы. Если, конечно, ты вообще захочешь их задать после того, что услышишь.

– Только не здесь, – спокойно произносит Эйсто. – Да, звукоизоляция тут отличная, но мы будем говорить не здесь.

Мы одновременно усмехаемся. Кажется, достаточно уверенности в голосе Эйсто, чтобы убедиться, что я двигаюсь в правильном направлении. Он готов выслушать меня. И кажется, я не боюсь последствий. Во всяком случае, настоящий Эйсто все равно ничего не вспомнит, а я сброшу камень с души.

– Поедем домой? – предлагает он.

– Только если управлять байком буду я. – Я снова улыбаюсь, и уверена, Эйсто делает то же самое.

Он приближается ко мне, и я вздыхаю, запрокидывая голову. Но Эйсто не касается меня. Он оставляет между наших тел пару дюймов и щелкает переключателем за моей спиной. Гараж заливается блеклым холодным светом. Я морщусь и часто моргаю, но потом сосредотачиваюсь на лице Эйсто, нависшем надо мной.