Книга Таблетка от реальности, страница 197 – Таша Мисник

За ним ее сердце бросится с обрыва в океан. За мной же не прыгнет даже в лужу.

Всегда он.

Не я.

Долбаный Торнтон, окрутивший мою Вивьен при помощи темной магии. Он забрал ее у меня. Влез ей в мозг. Вскрыл тело, которое должно было принадлежать только мне. Он околдовал ее. Он Темный Лорд46моей истории. Даже бросив ее, он все равно остается в ней. Он дьявол, укравший ее душу.

Из-за него она остается непреклонной и отдаляется от меня вместо того, чтобы искать утешение в моих руках. Из-за него она недосягаема. Но теперь я еще сильнее хочу овладеть ею. И я не отступлю.

Вивьен – моя мания. Мое помешательство. Доза, струящаяся по венам с кровью. Невыносимо терпеть. Невозможно дышать без нее.

Я задыхаюсь в «Порше» и разгоняюсь до ста двадцати миль в час.

Быстрее.

Домой.

Наркотический запах Вивьен парализует подобно яду. Но я не умираю. Я уже давно ловлю кайф.

Мои пальцы трясутся. Изображение мутнеет. Я не вижу дороги. Только мглу. Тело охватывает лихорадка. Подбирается выше. Захлестывает шею. Голову. Мысли. Мои глаза закатываются. Я часто дышу.

Они лезут.

Они сейчас освободятся.

Хлынут наружу.

Я не могу этого допустить. Домой. Скорее домой. Осталось меньше мили.

Быстрее.

Я успею. Я должен успеть.

Влетаю в гараж, едва не раздолбав капот о металлические ворота.

Быстрее. Я почти у цели.

Как только надмоей головой закрывается люк, а свет красных ламп обволакивает тело, из моего рта вырывается стон. Дрожь моего голоса отражается от стен узкого подвала.

Они свободны.

Они дома.

Мои демоны берут надо мною верх. Их глаза разбегаются по снимкам Вивьен. Они пожирают ее. Лапают ее тело. Ее лица. Стонут по ней. Ласкают ее похотливыми языками.

– Ч-ч-черт… – Я мну губу между зубов и кусаю ее до крови.

Запрокидываю голову и опускаю подрагивающие веки под глухое бренчание пряжки ремня. Дыхание прерывистое и частое. Движения импульсивные. Ее образы кружат голову. Я распахиваю глаза.

Предо мной одна из любимых фотографий: Вивьен в своей спальне, смотрит прямо в камеру, мне даже поначалу казалось, что она смогла обнаружить ее.

Я просовываю руку в боксеры и поглаживаю себя.

Черт, это фото так хорошо оцифровано, что я буквально чувствую, как Вивьен была возбуждена в тот момент. Но она даже не подозревала, что, кроме Эйсто, на нее буду смотреть и я.

Срываю снимок с крепления и сжимаю его в трясущихся пальцах свободной руки.

Вижу, как она двигается. Как высвобождает упругие груди из кружевных черных оков. Ее соски моментально напрягаются. Она приближается прямо ко мне, а не к нему.

На этих фотографиях Вивьен только моя. Только для меня. Только мне она жалобно стонет. Только со мной кончает. Только мое имя прорывает ее горло. Каждый запечатленный жест – мой. Каждый взгляд с другой стороны объектива – мне.

Она навечно моя.

– Смотри на меня, Вивьен, – шиплю я сквозь сжатые зубы. – Смотри. – Усиливаю хватку вокруг члена и учащаю движения руки. – Я тебе не друг, Вивьен. Не. Друг. Только. Не. Друг.

Каждое слово – стон. Каждый выдох – увесистый хрип.

Все ей.

Я навечно ее.

– Смотри на меня, мой Совенок. Смотри.

И она будет смотреть. Пусть с этого черно-белого снимка. Но будет.

Сегодня мне этого достаточно, чтобы успокоиться. Сегодня этого хватает, чтобы мощно кончить, сидя на стуле среди тысячи ее лиц. Сегодня, но не в предстоящей поездке, где мне точно понадобится та, которая будет напоминать ее, которая будет стонать подо мной всю ночь, пока я буду шепотом звать ее «Вивьен».