Книга В сердце Бостона, страница 36 – Таша Мисник

– Он правда отлично трахается?

Кендалл замирает. Облизывает губы и смотрит на меня в упор.

– Нет, – сбрасывает с плеч мое пальто и бросает его мне в грудь. – Я всегда представляю тебя.

Она убегает, а я остаюсь стоять один, как дурак.

Представляет меня?

Святые угодники.

Не знаю, что злит сейчас больше: то, что он трахает ее или то, что это не я. Она бы этого хотела? Получается, что да. А я бы этого хотел? Два года назад – безусловно. А сейчас – я не признаюсь даже самому себе. Я не могу поступить так со Скайлар. Я ведь ее люблю.

Самобичевание прерывает звонок телефона. Теперь звонит Юджин.

– Ты нашел ее? – беспокоится он.

– Да. Кендалл едет домой. Не волнуйтесь.

– Бостон… – вздыхает Юджин. – Я не знаю, что там у вас произошло, но… Пожалуйста, больше так не расстраивай ее. Она ранимая. Ты же знаешь.

Сжимаю телефон до хруста.

Ранимая.

Конечно.

И та еще лгунья.

– Прости, Юджи, – делаю вид, что сожалею. – Я погорячился. Перед Кендалл уже извинился. Теперь прошу прощения у тебя.

– Ты отличный парень, Бостон. Я знаютебя с детства. И… Люблю, как родного сына. Поэтому… Блин, все мы ошибаемся. Понимаешь, я просто хочу, чтобы моя девочка была счастлива.

– Понимаю. И желаю ей того же.

– Спасибо, что нашел ее.

– Всегда пожалуйста.

Отключаю вызов и хочу кричать, но вместо этого просто сжимаю кулаки.

Куда она, черт возьми, убежала? Куда ее понесло в этот раз? Я должен отправить Кендалл домой, как и пообещал ее родителям. Поэтому срываюсь на бег. Она не могла далеко уйти.

* * *

Нагоняю Кендалл на трассе. Она машет рукой – пытается поймать такси, и психует, когда никто не останавливается. Торможу свою Шевроле у обочины и опускаю стекло. Кендалл делает вид, что не замечает меня, и идет дальше. Гордая и упрямая. Независимая. И такая невыносимая, что мне хочется усмирить ее пыл самым постыдным способом – перегнуть через колени и отвесить по ее заднице хороший шлепок.

Она не была такой в пятнадцать. Тогда она хотя бы еще умела слушать. Такое чувство, что она не повзрослела – наоборот, стала еще более несносным, разбалованным ребенком.

– Садись в машину, Кендалл, – медленно следую за ней.

Она фыркает и тычет в мою сторону средний палец.

– Очень по-взрослому, Кендалл Фрай, – закатываю глаза. – Прекращай этот цирк и садись в машину.

– Ты еще ногой топни, чтобы звучать более грозно, – шипит и не останавливается, а я все равно еду за ней.

– Сядь в машину. Пожалуйста.

– Все? Грозный Бостон так быстро исчез? А мне только стало весело.

– Рад, что забавляю тебя, но давай ты сядешь в мою машину и потом уже повеселишься. Тут, в теплом салоне, а не на улице в таком коротком платье.

– Волнует, не задувает ли ветер мне в трусики? – продолжает язвить, не сбавляя шаг.

– Кендалл, – сжимаю челюсть.

Перегнуть через колени и шлепнуть. Так сильно, чтобы остался красный отпечаток ладони.

– Так вот, я не ношу трусики.

Мать твою!

Резко торможу, отключая автопилот. Кендалл хихикает и наконец-то останавливается.

– В машину. Быстро, – чувствую жар. Кровь начинает бурлить. Воротник рубашки слишком тугой, и я расстегиваю верхнюю пуговицу.

– Не-а, – прищуривается она. – Поеду вон с тем красавчиком.

Только сейчас замечаю, что машина, пролетевшая мимо меня, сдала назад и остановилась чуть дальше.

– Не вздумай, – во мне кипит злость.

– Поздно, – Кендалл подмигивает мне и бежит к другой тачке.