Книга Под слезами Бостона. Часть 1, страница 63 – Таша Мисник

Не узнаю себя. Не узнаю своих действий и реакций рядом с ней. И сейчас, когда она спешно шнурует ботинки, я ничего не могу поделать с этой дебильной улыбкой на своем лице.

– Нику обычно не отказывают, – заявляю о своем присутствии, и волна удовольствия разливается по телу, когда Серена впадает в оцепенении от моего голоса. – Убегаешь?

Ее взгляд утыкается в меня, и в синих глазах буквально начинает мигать оповещение о сбое системы. Она была уверена, что сбежит, но она слишком недооценивает того, кто стоит перед ней, цепляя на лицо театральную улыбку. А я, видимо, слишком недооценил Серену, раз упустил момент, когда улизнула она, стоило мне только отвлечься на Бостона.

Хлопок двери извещает меня об удавшемся побеге, а Бостон – о том, что идет собирать ланч. Я остаюсь один, посреди коридора, с мыслью, что неосознанно эта девушка влезла в мою личную жизнь, в мой дом, в мою постель, и даже познакомилась с Бостоном. Но все это меркнет по сравнению с тем, что сегодня утромя впервые не вынул фотографию Джейд из прикроватной тумбы и не взглянул на нее. И прямо сейчас мне даже не хочется бежать наверх, чтобы проделать ежедневный ритуал. Я впервые забыл. Впервые забылся, как самый обыкновенный человек. Но десять лет боли скатываются в шар внутри живота и подкрадываются к груди, к месту, где начали отдаваться пульсации похожие на вибрацию сердца.

И я уже делаю шаг, уже обхватываю рукой перила лестницы, уже сдаюсь, но фраза Бостона за спиной заставляет меня остановиться.

– Эта девочка похожа на панду в своей шубе. Она смешная.

– Почему на панду? – спускаюсь обратно и замираю в футе от Бостона.

– А ты разве не видел ее в шубе? Мохнатый белый шар и черные волосы торчат сверху – совсем как панда.

«Никогда бы не подумал, что ты будешь так похож на меня».

Смеюсь и треплю мальца по голове, отчего тот морщится и тут же приглаживает челку обратно на бок.

– Она еще придет? – не унимается Бостон.

– Тебе пора в школу.

Бостон лишь вздыхает и без возражений и лишних вопросов идет за своей курткой.

– Ты же помнишь, что тебя заберет Ник? – держу его сумку и жду у входной двери. Опять же впервые. Слишком много «впервые» для одних суток.

– Помню.

– И то, что ты остаешься у него на все рождественские каникулы?

– Помню.

– Я привезу твои вещи вечером.

– Хорошо, – Бостон выходит из гардеробной уже в куртке, застегнутой под самое горло и в затянутом на шнурки капюшоне.

– Еще увидимся, боец. Шапку не забыл?

– Она под капюшоном, – забирает свою сумку из моих рук и забрасывает себе на плечи. – Увидимся, Эзра. И с той Пандой я бы тоже хотел увидеться. Позови ее на Рождество к Нику.

Порой его прямолинейность доводит меня до ступора вот прям как сейчас. Он никогда не дожидается ответа, прям как делает и сейчас, выходит, захлопывает дверь и, сам того не зная, оставляет меня с мыслями все о той самой Серене, которая смылась точно так же несколько минут назад и даже не удосужилась забрать свои носки.

«У тебя глаза, как у оленя», – непроизвольно улыбаюсь от самой дурацкой фразы на свете, которую когда-либо слышал за всю жизнь. – «В тебя можно было бы влюбиться, Эзра».

Последняя уже не вызывает улыбки. Только трение где-то под татуировкой на груди, которой совсем недавно касались ее пальцы. Так мягко и осторожно, что я сам не дышал.