Книга Предел прочности, страница 76 – Анастасия Стер

Его лицо уже опухло, темного цвета кожи не было видно, сейчас его мало бы кто смог узнать, но я бил и бил и не планировал останавливаться. В какой-то момент я будто бы вынырнул из-под воды, стал слышать крики вокруг себя, чувствовать чужие руки на своем теле. А еще вспышки боли во всем теле стали ярко ощутимы. Меня словно пронзило молнией. Чертовски больно. Это был электрошокер, которым меня ударили в бедро. Оказывается маршалы пытались нас разнять, но у них ничего не получилась, более того, я попал по солнечному сплетению одному из них локтем и они подняли тревогу.

Я уже ничего не мог сделать, все мое сознание заволокла чертова боль и я схватился за ногу, крича сквозь стиснутые зубы. Охранники воспользовались этим моментом и повалили меня на землю, дополнительно ударяя дубинками. Боль от новых ударов и рядом не стояла с ударом тока. Я просто молился, чтобы они забили меня до смерти и я перестал чувствовать это.

Позже меня посадили в карцер на пять дней, а этот ублюдок лежал в мед пункте около месяца и его перевели в другой корпус. Как я слышал, большей части зубов у него больше нет. Надеюсь разговаривать он никогда не сможет.

Вернувшись в камеру, я почувствовал, что атмосфера изменилась. Как будто больше я не был чужим, но и своим я тоже не стал.Подозрение, которые витало в воздухе, словно испарилось, и его заменил интерес.

Первым ко мне подошел блондин:

— Я Марко Алонсо, — он протянул мне руку и я охотно поддержал крепкое рукопожатие, — это, — указал он на старика, — Армандо Фриас, он здесь главный.

Остальные двое представились сами. Адриан Мартинез, тот самый темноволосый, который давал мне предостережение, и Доминик Эррис, молчаливый и достаточно тощий парень.

— Так и планируешь бить всех за каждое кривое слово? — спросил Армандо, скручивая табак в бумагу.

— Нет, но и оскорбления терпеть не буду, — спокойно ответил я, садясь с ними за стол, — этот мудак явно искал драку именно со мной, я дал ему то, что он просил.

— Учись совладать со своим гневом, парень. Уметь постоять за себя правильно, я одобряю. Но расквасить всю башку какому-то дерзкому уроду за «сукиного сына», а потом сидеть в клоповнике чуть ли не неделю — перебор. Мы можем научить тебя всему, дать защиту. Но наше время и внимание нужно заслужить, — сказал Марко, смотря на меня исподлобья.

Я молча кивнул, понимая, что провокаций может стать еще больше.

* * *

Спустя два дня подвох произошел. Не знаю откуда, но они узнали обо мне многое. На завтраке ко мне подсел лысый мужик и начал что-то говорить про мою мамашу. Слова о ней давно меня не задевают — эта шлюха ушла сразу же после моего рождения, даже не дождавшись, пока мне исполнится хотя бы год, но семейные проблемы касаются только меня и как бы там ни было, моя семья — твердыня и я буду ее защищать. Никто не имеет права копаться в грязных трусах моих родных.

Я молча выслушал все, что он говорил, спокойно жуя свой кусок хлеба с тонким ломтиком масла. Закончив завтрак, я встал и выбил ему зубы кружкой из-под чая. В тот день я узнал, что дешевый алюминий, который можно погнуть легким нажатием, может стать неплохим оружием в правильных руках. Конечно, я получил за это несколько ударов дубинкой, но оно того стоило.

Позже охранник, ведя меня по коридорам из душа, предложил сотрудничество. Он хотел, чтобы я сливал ему все о своих сокамерниках. Я сказал лишь одно предложение: «найди себе другую крысу». Не знаю как, но им передали мои слова.