Книга Предел прочности, страница 50 – Анастасия Стер

Я резко воткнул нож ему в глаз и брызги крови попали на меня, орошая лицо. Оставив его там, я засунул ему в живот два своих кулака, резко разводя руки в разные стороны. Я почувствовал как что-то скользкое и мягкое терлось о мои костяшки. Я расправилладонь, сжимая его кишки в кулак, одним стремительным движением, выдергивая их наружу.

Еще немного я сжимал их в руке, рассматривая нежный на ощупь орган розоватого оттенка с голубыми прожилками. С них капала кровь, и я откинул их в сторону, потому что запах был, мягко говоря, просто отвратный. Если бы не он, я бы хотел еще немного поиграть в исследователя и изучить этот орган человеческого тела. Может быть я бы даже вырвал и остальные внутренности, просто чтобы потрогать и раздавить в своем кулаке. Или забальзамировать, чтобы каждый день рассматривать их и ярко ощущать каждый собственный отрезок тела.

Он уже давно не дышал, вися на балке с опущенной головой и выпотрошенным животом. Адриан продолжал срезать рваные куски кожи, улыбаясь и насвистывая себе под нос какую-то веселую мелодию. Он напоминал мне художника, который создавал очередной шедевр, отключившись от мира. Писателя, который придумывает очередной сюжет, глубоко погрузившись в свой собственный вымышленный мир. Музыканта, изучающего ноты нового этюда.

Я поднял голову ублюдка и достал свой нож из его глаза. На его щеке я вычертил цифру 13 — обозначение нашей фамилии, и наконец вытер нож о край его штанов.

Шум от драки снаружи еще продолжался. Марко, наш Капо, специально спровоцировал какого-то придурка, чтобы мы смогли незаметно нырнуть в туалет и устроить казнь над крысой из Нуэстра фамилии. Я говорил ему напасть на кого-то из Якудзы, потому что эти уроды стали слишком много себе позволять, но никого из них рядом не было. Надеюсь, что в общем круговороте драки, кто-то все же смог им напомнить в чьих руках покоится вся власть здесь.

Этот ублюдок попал сюда пару недель назад и все это время играл в шпиона, думая, что мы этого не замечаем. Он пытался поговорить с нашими людьми, расспросить о вступлении в банду и как у нас это происходит. Узнать о делах, их проведении и связных на воле. Рассматривал татуировки в душевой, за что ни раз получал по своей наглой роже.

Последней каплей для нас стало то, что он начал лезть с вопросами к маршалам, а те охотно хотели с ним объединиться, чтобы прогнуть нас по себя. Под себя у них получилось только обосраться.

Члены Нуэстры возомнили себя бессмертными и самыми умными, поэтому все чаще стали лезть к нам, стараясь расширить свои владения. Еслимы сидим в тюрьме, это не значит, что у нас нет глаз и ушей на воле. Люди Мексиканской мафии раскиданы по всей Калифорнии и никто не проходит мимо них. Мимо нас.

Адриан наконец закончил, засовывая куски плоти в помятый и грязный целлофановый пакет — я не хотел знать откуда он его достал —, и потом спрятал его в свой кроссовок.

— О, Боже… Так мягко. Я как будто пуха туда запихал. И почему я раньше не додумался заменить стельки на кожу ублюдков, — он начал ржать своим психопатским смехом, больше напоминающий карканье вороны.

Адриан — наш Лейтенант — самый отмороженный человек в этом мире. У него нет никаких границ и каждого убитого он превращает в куски окровавленного мяса, беря себе на память какой-то орган. Он настоящий психопат и вообще-то должен был поехать на лечение в специальную клинику прямо из зала суда, но туда его никто брать не хотел, опасаясь за свои жизни. Заведующая буквально умоляла судью пересмотреть решение, а этот говнюк все больше нагнетал обстановку, отвешивая сальные шутки касаемо ее задницы. Так он оказался тут и сразу же приглянулся нашему Дону своей жестокостью, преданностью и безоговорочной верой в общие идеи.