Книга Ночью звезды из инея, страница 4 – Анастасия Стер

Мир вокруг замирает. Я слышу лишь стук сердца и ярко чувствую каждую напряженную мышцу. Взгляд упирается в светло-голубую воду, которая абсолютно спокойна и так привлекательна. Я немного отклоняюсь назад, давая себе необходимую раскачку, и в этот момент тонкая ткань гидрокостюма натягивается, словно гитарная струна.

Третий сигнал. Небольшой и быстрый толчок назад, и я резко прыгаю в бассейн. Холодная вода встречает меня с любовью и трепетом, охватывая все тело. Я чувствую легкость и то, что нахожусь полностью в ее власти. Видимо, вот так и ощущается дом. Несколько толчков под водой ногами, пока руки подняты над головой, и я вырываюсь на поверхность, пренебрегая воздухом. За долю секунды начинаю задействовать все мышцы тела.

Два гребка и вдох. Два гребка и вдох. Руки работают без остановки, стремительно пролетая над водой, как крылья ястреба. Кисть и локоть образуют прямую линию, и это моя опора, с помощью которой я отталкиваюсь от невидимых водных стенок. Спина и задница напряжены, ноги слились в одну линию и двигаются, подобно хвосту дельфина. У них свой темп, быстрый, неукротимый. Они позволяют моему корпусу разрезать водную гладь и лететь ровно вперед.

В голове крутятся сотни мыслей, перебивая друг друга, но я не могу ухватиться ни за одну из них. Слова песен, лекции, цитаты из фильмов… Но при всем этом шуме – пустота. Я вслушиваюсь в бешеный стук сердца, стараясь не сбивать дыхание. Самое важное – держать один ритм четверть дистанции.

Я плыву стилем баттерфляй, а это один из самых тяжелых видов, при котором руки двигаются одновременно, пролетая над кромкой воды. Если выкладываться в начале, под конец ты просто не сможешь отталкиваться руками под водой. Моя тактика остается неизменной с двенадцати лет: половину дистанции держу интенсивный темп, оставшиеся метры – лечу так, будто за мной гонятся акула, серийный убийца и маньяк-педофил.

Глаза смотрят четко на дно бассейна, а на вдохе – прямо перед собой. Вниз и вперед. Вниз и вперед. Нельзя отвлекаться на соперников или пытаться разглядеть кого-то на трибунах. Малейшее отклонение от курса приведет к потере ритма. В воде я похож на робота, на заведенную игрушку, которая делает одни и те же движения из раза в раз. Моя хаотичная энергия, которая обычно распыляется в воздухе и не дает мне усидеть на месте, собирается в кучу и становится катализатором моих гребков.

Осталось двадцать пять метров. Это финальный отрезок. Именно он является решающим во всем заплыве. А еще эти жалкие метры самые непредсказуемые: те, кто отставали всю дистанцию, сейчас могут вырваться вперед. Расклад сил способен измениться в любую секунду, ведь даже на последнем гребке кто-то может дотянуться пальцами до бортика раньше. Все решают рефлекс, длина рук и сила ног, которые толкают тебя прямо к кафельной стенке бассейна.

Важна каждая миллисекунда, каждое колебание. Я чувствую, как внутри все сжимается от зашкаливающего адреналина. Я больше не нуждаюсь в воздухе. Последние восемь гребков я делаю на износ, забыв про ноющие мышцы и игнорируя жжение в легких. Мне нужно просто прийти первым. И я сделаю это.

Перед глазами показывается очертание стыка двух стен. Я вижу, как на дно бассейна падает тень от судьи, который держит в руках секундомер, хотя, скорее всего, эту картинку подкидывает мне подсознание. Последний взмах руками, и под ладонями чувствуется холодный и скользкий кафель. Конец, твою мать!