Книга Любовь под одним переплетом, страница 46 – Лера Деревянкина

– Эй, ты вообще на чьей стороне? – возмущённо спрашивает Лина.

– На твоей, на твоей, – поспешно защищаюсь я, но думаю совсем о другом.

Я не видела ещё никого, кто бы относился к чему-то с такой страстью, как Амир к своей книге. И пусть Лина моя подруга, но мне искренне хочется, чтобы у него всё получилось. Уверена, стоит только его книге выйти в свет, как о ней заговорят. Она обязательно найдёт свой отклик. Я сама каждый раз с нетерпением жду, когда Амир скинет мне новую главу, и, увидев новый файл с продолжением, откладываю все дела и сажусь читать. Горелов обязан ему помочь и взять его в Питер.

– А сам Горелов что ему говорит?

– Ничего. Амир даже не говорил ему, о чём пишет.

– Это как? – Лина удивлённо хлопает ресницами.

– Хочет показать только тогда, когда книга будет закончена.

– Ты серьёзно?

– Да. – И говорю почему-то с гордостью: – Он хочет добиться всего сам. Без поблажек и дружеской помощи. Хочет, чтобы всё было честно.

– Ну и дурак, – качает головой подруга. – Был бы у меня такой друг, я бы ему каждый час писала насчёт своей книги. А ты, похоже, к нему привязалась. – Лина внимательно всматривается в моё лицо.

– Разве это плохо?

– Нет, – пожимает плечами Лина. – Просто через месяц мы перестанем работать в парах, не забывай.

Это напоминание словно ведро ледяной воды – отрезвляет. От хорошего настроения не остаётся ни следа. Мы ещё немного гуляем по узким улочкам, где владельцы местных заведений уже начали снимать осенние декорации, и прощаемся. Лина садится на автобус, я спускаюсь в метро, по пути отправляя ей наши с Амиром фотографии. В переходе беру себе тыквенный латте и запиваю им горькую правду, которую мне сегодня озвучила подруга.

– Подай кружку, пожалуйста, – просит Славик, не отрываясь от ноутбука.

Тянусь за кружкой и случайно задеваю небольшую еловую композицию. Та падает на пол, и несколько красных бусин разлетаются в разные стороны. В квартиру к Горелову уже пришёл Новый год, а точнее – несколько человек, которым он заплатил за то, чтобы его дом превратился в нечто среднее между новогодней ёлкой и главным залом Хогвартса в рождественскую ночь. Нанесённый мною ущерб Славик даже не заметил, полностью погрузившись в финальные правки своего редактора, отправленные ему сегодня утром.

– Может, тоже повторишь? – Он делает глоток остывшего кофе и кивком указывает на кофемашину.

– Да я побегу уже. – Поднимаю композицию и выхожу в прихожую.

– И куда ты? – кричит с кухни Славик.

– Должен встретиться со своим напарником по твоему заданию, – кричу я в ответ, обувая ботинки.

– Ты улыбаешься!

– А вот и нет! – Но я на самом деле улыбался.

– Для встречи со своим напарником, – Горелов выделяет слово «напарник», – можешь взять мою машину.

– Нет уж, спасибо, я лучше по старинке, на метро.

– А что так? Московских девчонок Bentley уже не впечатляет?

– Предпочитаю впечатлять чем-нибудь другим, – отзываюсь я и тяну ручку. – Да и так быстрее. Всё, пока!

Выхожу из квартиры и, не дожидаясь лифта, спускаюсь вниз по лестнице. Чёрт, я и правда улыбался при мысли о том, что скоро увижу Софу!

После поездки к моим друзьям наши отношения с ней явно улучшились. Иногда я ловлю себя на мысли, что рядом с ней мне хорошо и легко. Когда я подслушал их с Мариной разговор, собираясь взять из дома дополнительную миску для мяса, то был очень удивлён её ответом. Софа лгала уверенно, не спасовала, отказалась быть жертвой Маринкиной насмешки. Её голос источал спокойствие, но это была та самая Софа, назвавшая меня заносчивым придурком, после того как я разнёс текст её подруги в первую неделю на мастерской. В этот раз Софа вступилась и за меня, хотя я для неё никто и она могла этого не делать.