Онлайн книга «Ты моя катастрофа»
|
– И че, и че? – Дэн встревает между нами, светя своей голой, влажной после душа задницей. – Ванек ждет, говорит, постарается намутить в этот раз что-то крутое. – Мы на сборы едем, а не убухиваться, – как бы напоминаю парням. – Я разве говорил про бухло? – Вадим театрально прижимает ладонь к губам. – Дэн, я хоть слово про бухло сказал? – Нет. – Этот придурок делает задумчивый вид. – Что-то не припомню. – Придурки. – Кидаю кроссовки в сумку, закрываю шкафчик и иду к выходу. Дома, дождавшись ужина, рассказываю о предстоящей поездке родителям. – Нет, сын, я против, – неожиданно выдает мама спокойным голосом. – В смысле? – Не на такой ответ я рассчитывал. – Мам, вообще-то это важно для всей моей команды. – В коромысле! – говорит она свое фирменное. – Я знаю, как тебе это важно, но я определенно никуда тебя не отпускаю. – И в чем причина? Все это уже начинает напоминать какую-то дурацкую шутку. – Ты приходишь каждый вечер с синяками, соседи жалуются на громкую музыку и крики, когда нас с отцом нет дома, а ты хочешь, чтобы мы тебя отпустили на две недели куда-то с толпой таких же неконтролируемых подростков? Ну уж дудки. Соседи? Неужели это мелкая нажаловалась? – Мам, я давным-давно уже совершеннолетний. Чисто теоретически мне и не нужно вашего разрешения. – Зато твоему тренеру нужно. Без моей подписи никуда не поедешь. – Да вы че?! – И обращаюсь к папе: – Бать, хоть ты скажи. Смотрю на отца. Мне не нужно его одобрения, да и против матери он тюфяк, но мне важно понять, вступится ли он хотя бы в этот раз. – Как мама решит. Что и требовалось доказать. И дело не в том, что он как-то превозносит мать, а в том, что ему просто банально все равно. Мама снова отворачивается к плите, всем своим видом демонстрируя, что разговор окончен и продолжать его она не намерена. – Зашибись, – психую и, кинув вилку в тарелку, встаю из-за стола. – Курицу хотя бы доешь! – кричит мама вдогонку. Пошли вы со своей курицей. Зайдя в свою комнату, пишу Вадиму. «Мать в отказ. Говорит, пошел ты со своими сборами куда подальше». «А че это?» – почти мгновенно следует ответ. «Ее парят мои синяки. А еще кто-то настучал за недавнюю вписку». «Эля?» «Хз». «И че делать?» «Пока не знаю». Вадим молчит несколько минут. «Есть идея!» – наконец пишет он. «Какая?» «Если скажу, не понравится». «Мне уже не нравится». «А я о чем». «Ну?!» «Доверься». «В прошлый раз, когда ты так говорил, мы оказались в участке». «Кто былое помянет…» «…Тот в очередную задницу не попадет». «Короче, все норм будет, не парься, чувак». Его «все норм будет» меня ничуть не успокаивает. Однако сейчас я в такой ситуации, что у меня просто нет выхода, кроме как довериться этому придурку. Ставлю телефон на зарядку и подхожу к окну. Вечером, вытеснив малышню, подростки заняли весь скейт-парк. Пацанам не больше пятнадцати. Кто-то катается внутри рампы, кто-то пробует трюки на ровной поверхности, неподалеку в первых рядах сидят их подружки и периодически записывают парней на телефон. Этот парк стал местом зарождения нашей дружбы и напоминал мне об этом каждый раз, стоило мне выглянуть в окно. Мне казалось, что я научился гнать от себя эти дурацкие и уже ничего не значащие мысли, но, вернувшись из Чехова, воспоминания захлестнули меня с новой силой. Я отвык от той боли, которую несло мне это место. |