Книга Одержимость Желтого Тигра, страница 94 – Элис Кларк

– Что ты здесь делаешь? – сорвалось с губ, пока я не мог оторвать взгляд от зеленых глаз Николетты. Они полнились теплом, нежностью, любовью.

Вместо ответа она лучезарно улыбнулась, останавливая дождь. Шаг ко мне – и небо просветлело. Встала на носочки, обхватила мою шею руками, и вот уже мимо пролетели щебечущие птицы.

Когда Ники потянулась к моим губам, я закрыл глаза. Нос наполнил аромат лаванды, и одновременно с нежным прикосновением я ощутил, что падаю.

Падение смягчилось мягким матрасом. Вновь распахнул глаза.

Моя комната в особняке Кейнов. Полумрак. Я без одежды. Лежал на спине, на мне, обхватив бедрами, сидела обнаженная Николетта.

– Ники, что происходит?.. – устало спросил я, однако глазами впитывал ее образ.

Все та же лучезарная улыбка, что и мгновением ранее среди надгробий. Нежный взгляд любимых глаз. Кожа слегка блестела, будто только натерли маслом. Грудь едва прикрыта кончиками волос, сквозь которые отчетливо виднелись торчащие округлые соски.

Я нерешительно коснулся изгиба ее талии. Бархатистая кожа под моими грубыми пальцами ощущалась настоящим блаженством. Если это сон, я не хотел, чтобы он кончался. Пусть продолжается вечность, даже если будут позволены одни прикосновения.

Ники положила ладонь мне на грудь в области сердца. Пульс сорвался в рваный ритм. Казалось, жизненно необходимый орган вот-вот вырвется из грудной клетки, чтобы пасть ниц перед той, кому он действительно принадлежал. Кому принадлежал весь я целиком. Хотя бы во сне мог не скрывать этого.

Николетта склонилась ко мне для поцелуя. На этот раз я с готовностью ответил. Прикосновения, сплетение языков и ласка говорили за нас вместо слов. Пели за нас… порождая прекраснейшую из всех существующих в мире мелодий. Мелодию единения душ, тел и сознаний.

Я вновь закрыл глаза и следом ощутил одну лишь пустоту.

В душе, в сердце и в своей постели.

Сон.

Ненавидел сны. Зачастую они показывали мне то, чем я никак не мог обладать. Дразня, словно издеваясь. Нанося новые раны.

Открыв глаза, я, разумеется, не обнаружил рядом никаких надгробий, как и Николетты. Зато член напрягся под одеялом так, что по твердости мог сойти за отбойный молоток.

Я опустил ладонь в боксеры, в очередной раз закрыл глаза и обхватил ствол, взывая к только что увиденному образу Николетты.

Движение рукой. Улыбка Ники проникала в жилы сотней крошечных солнечных зайчиков, вызывая дрожь удовольствия. Еще движение. Взгляд ее искрящихся, точно драгоценные изумруды, нежных глаз вонзался в сердце мириадами тонких иголок, порождая сладкую мучительную боль. Еще движение, еще на шаг ближе к краю, к блаженству. Пока перед глазами не мелькнуло ее последнее сообщение.

«Зря». Холодный и краткий отказ.

Образ обнаженной Николетты растворился в воздухе, сменившись уродливыми буквами.

Черт. Какого хрена я творил? Мне же не пятнадцать, чтобы кончать в простыни.

Отпустив член, я сел в кровати.

Мысли вернулись к ответу Николетты. Я знал, что новость об отмене свадьбы не избавит нас от напряжения, возникшего после последнего разговора. Как и понимал, что мне придется постараться, чтобы заслужить ее прощение и вернуть хотя бы толику прежнего доверия.

И все же…

Временами хотелось, чтобы все это закончилось. Если бы мститель нацелился только на меня, не затрагивая окружающих, быть может, я бы уже сдался на его милость. Возможно, обрел бы покой, более не причиняя никому боли.