Книга Одержимость Желтого Тигра, страница 150 – Элис Кларк

Теплые воспоминания осели ностальгической улыбкой на губах.

С тех пор как впервые сыграла на том рояле, я мечтала забрать его домой. Помню, отец пытался договориться со школой, предлагал баснословные суммы, но администрация оставалась непреклонна.

– Ты ведь грезила о нем со времен своего первого концерта, – раздался за спиной тихий голос Марка. Он будто прочитал мои мысли.

– Верно, – ответила, нежно коснувшись клапа. – Он выглядит прямо как тот, что стоял в музыкальной школе.

– Это он и есть.

Я резко развернулась. Марк держался на расстоянии. Продолжал сохранять установленную мной дистанцию, однако его взгляд пробирал до самых костей.

– Что ты имеешь в виду?

– Перед тобой тот самый рояль, на котором ты впервые играла перед зрителями. И теперь он твой.

– Невозможно… – прошептала я.

Марк кивнул на инструмент.

– Ты всегда можешь проверить. Твоя метка все еще там.

Я попятилась, не сводя взгляда с Марка, и лишь достигнув бока рояля, развернулась. Присев, заглянула под него, чтобы воочию убедиться, что это действительно тот самый инструмент.

Выпрямившись, вновь устремила растерянный взгляд на Марка.

– Но как?..

– Нашел нужные аргументы, – сдержанно ответил он, не вдаваясь в подробности, которые, как мне казалось, могли таить в себе не самые законные методы. – Надеюсь, сумел хоть немного порадовать.

Уверена, Марк не мог в полной мере понять, что для меня значил его подарок. Этот рояль олицетворял собой мое первое достижение. Он был символом того самого беззаботного периода в моей жизни, когда худшее осталось позади, а новые неурядицы еще не успели нагрянуть и разбить реальность.

Сев на скамью, я открыла клап и осторожно надавила на клавиши. Пальцы сами принялись порхать по ним, играя вступление той самой мелодии, что я исполняла на первом концерте. Они помнили ноты, будто я играла ее каждый день.

На глаза навернулись слезы. Спустя миг остановилась, закрыла рояль и замерла. Гладкая поверхность дерева под пальцами хранила в себе неимоверное количество воспоминаний. Грудь переполняла благодарность, сосредоточившись в форме шара и распирая ребра. Казалось, еще немного – и она сама, без спроса, вырвется наружу. Я встала и направилась к Марку. Все это время он просто оставался на месте, безмолвно наблюдая за мной.

Ноги застыли в паре шагов от него. Разум пытался сформировать нужные слова.

– Ты даже не представляешь, какие эмоции меня сейчас переполняют, – сократив остатки расстояния между нами, я обняла Марка, прижавшись к крепкому торсу, и прошептала: – Спасибо.

Вся искренность вплелась в одно простое слово.

Прямо под ухом я различала ускорившийся темп его сердечного ритма. Мой тоже пустился вскачь, будто пытаясь подстроиться под него. Марк нерешительно, словно не веря в происходящее, одной рукой приобнял меня за талию, прижав к себе крепче, а другой принялся поглаживать волосы.

– Не за что, малыш, – едва уловимый шепот дразняще коснулся ушей.

Малыш…Именно так Марк называл меня прежде. Слово одновременно окутывало теплом, словно мягкий плед, и кололо сродни иглам дикобраза. Сладостная пытка. Мучительное блаженство. Боль и наслаждение в одном флаконе.

Не знаю, сколько мы так простояли. По ощущениям целую вечность. Но нас еще никто не хватился, а значит, минуло совсем мало времени. Нас будто окутал незримый кокон безмятежности. Мы просто удерживали объятия, прислушивались к дыханию друг друга. И только рука Марка продолжала гладить меня размеренными движениями, нарушая чувство застывшего мгновения.