Книга Одержимость Желтого Тигра, страница 130 – Элис Кларк

* * *

Вернувшись вечером домой, я все еще пребывала в прекрасном расположении духа. Однако испортилось оно буквально в тот же миг, когда я набрала детектива, а в ответ услышала: «Номер абонента временно недоступен». Мы не разговаривали с той беседы перед отъездом в Берлин. Дориан будто сквозь землю провалился. Страх за него с каждым днем становился сильнее.

Направившись в кабинет, вновь мысленно обратилась к пресловутым документам, о которых говорил тогда детектив. Обыскав весь чердак и старую комнату отцу, я так и не нашла того, что хотя бы отдаленно напоминало искомые данные. Поэтому решила еще раз нагрянуть в его рабочую обитель.

За следующие пару часов я перевернула кабинет вверх дном, вытащив все содержимое стеллажей, тумб, ящиков стола. Следом простучала стены, предположив, что где-то мог крыться тайник. Пол тоже не избежал моего внимания.

Почти утратив надежду найти здесь хоть что-нибудь, я устало плюхнулась в кресло и развернулась к столу, уставившись на фотографию матери. Мы с ней похожи. Те же зеленые глаза, та же улыбка… Жаль, так и не смогла увидеть ее воочию. Где-то в груди кольнуло, но я не позволила грусти меня одолеть. Не в этот раз.

Взгляд невольно скользнул к выдвинутым ящикам и неожиданно зацепился за одну деталь. Встрепенувшись, я резко выпрямилась и принялась осматривать верхние секции, сравнивая. Визуально они казались одинаковыми, но, если присмотреться, левый ящик был глубже. Выдвинув правый до упора, я опустилась на пол на колени и стала осматривать его со всех сторон.

Ожидала увидеть какую-нибудь кнопку или защелку, подозревая, что здесь все же есть двойное дно. Но единственное, что мне удалось обнаружить, – крошечное отверстие в углу.

Взгляд лихорадочно окидывал пространство вокруг в поисках тонкого и длинного предмета. В итоге я схватила ручку, разобрала ее, достала стержень и просунула кончик в выемку.

Раздался щелчок. Дно слегка приподнялось.

На миг я затаила дыхание, одновременно желая обнаружить в потайном отсеке искомые документы и в то же время моля, чтобы там ничего не оказалось, поскольку боялась перемен, которые могли принести новые открытия об отце. А я только свыклась с предыдущими.

Поддев край тонкого дерева, я потянула вверх. Прямо под деревяшкой лежал тонкий металлический ящик, наподобие банковской ячейки.

Дрожащими руками достала его и положила на стол.

В крышке виднелось отверстие под небольшой ключ. Я еще раз заглянула под двойное дно ящика, но, разумеется, больше там ничего не оказалось. Было бы слишком наивно полагать, что ключ будет лежать рядом с ячейкой.

– Черт. – Я развернулась к портрету отца и с укоризной спросила: – Ну, и где ты его хранил?

Суровым взглядом он взирал на меня с высоты своего картинного роста, пытаясь уязвить. Или же мне так только казалось.

Рука невольно поднялась к шее, будто пытаясь нащупать незримый кулон… Поразившись своему же действию, я нахмурилась и, продолжая смотреть на нарисованное лицо Томаса Кейна, вспомнила, как за пару дней до своей гибели он подарил мне цепочку с маленьким ключиком. Обратившись к образам прошлого, попыталась сосредоточиться и воспроизвести в памяти его слова.

– Ну же… Что ты тогда сказал, папа? – Закрыв глаза, принялась бормотать себе под нос. – Ключ. Кулон. Цепочка. Твои слова… Ты сказал, что это важно. Что когда-нибудь…