Книга Месть Красного Дракона, страница 109 – Элис Кларк

– Вот и отлично, – продолжила она с ухмылкой, – тогда эта битва еще не проиграна.

* * *

Свежий воздух однозначно пошел мне на пользу, и к вечеру, когда мы добрались до кафе, я чувствовала себя более чем живой. Ладно, возможно, дело не только в воздухе. Весь день мы с Майком перебрасывались бессмысленными сообщениями из разряда: «Чизкейк или тирамису?», «Дарить или принимать подарки?», «Утонуть или сгореть?».По его заявлению это поможет нам лучше узнать друг друга. Справедливо, вот только он забыл спросить меня, хочу ли я этого. И все же на вопросы я отвечала.

– Признай уже это, – Энн пихнула меня локтем в бок, когда я с глупой улыбкой отвечала на очередной дурацкий вопрос.

– Ты о чем? – не отрывая глаз от экрана, уточнила я.

– Он тебя явно заинтересовал, – чуть ли не пропела она тонким голоском.

Затолкав телефон в карман, я вопросительно уставилась на нее.

– Ой, вот только не делай вид, что не поняла, о ком я, – я продолжала молча смотреть на нее, – этот твой рокер.

– Ты ошибаешься.

– А вот и нет, у тебя все на лице написано.

Заметив впереди вход в «Роузлэнд», я ускорила шаг, решив оставить реплику Энн без комментариев.

Зайдя внутрь, будто почувствовала себя дома. В кафе практически ничего не изменилось, кроме некоторой мебели и свежей краски на стенах, но в целом все осталось прежним. Лилово-серые тона в оформлении в совокупности с мебелью из темного дерева всегда дарили мне ощущение спокойствия. В дальнем от входа углу стоял музыкальный аппарат, из которого сейчас лилась ненавязчивая музыка. Свет в зале был приглушенным, но над каждым столиком висел матовый светильник, обвитый искусственными розами. А на дальней от входа стене все еще располагались старые фотографии постоянных посетителей, среди которых есть два моих любимых кадра. Первый сделан, когда мне было шесть. На нем я, отец и Марк, счастливые, с искренними улыбками. С детства все самые значимые праздники мы отмечали либо дома, либо в «Роузлэнде». Но это место имело для меня особое значение не только поэтому. Еще одну причину можно понять, взглянув на второй мой любимый снимок со стенда. На нем запечатлены мои родители, Томас и Элизабет. Именно здесь они познакомились, в этом прекрасном месте началась их история, продолжение которой воплотилось во мне.

Мы с Энн заняли один из угловых столиков и теперь ждали, пока нам принесут заказ: два рафа, панкейки с клубникой для меня и пирожное тирамису для Энн.

К моему огромному удивлению, вместо официантки, принимавшей у нас заказ, к нам подошла знакомая девушка.

– Розалинда? – я не могла поверить, что она все еще работает здесь.

Рози устроилась сюда официанткой, когда я училась в старшей школе. Ей тогда только-только исполнился двадцать один год, и она активно искала работу. В «Роузлэнд» заглянула наобум, посчитав, что название, созвучное с ее собственным именем, обязательно принесет ей удачу. Так и вышло, на следующий день после собеседования она уже очаровывала клиентов своим чувством юмора и способностью поддержать любой разговор. Только вот был один минус – неуклюжесть Розалинды иногда просто зашкаливала: она могла перепутать блюда, разбить тарелку прямо перед столиком клиента или споткнуться на ровном месте вместе с подносом в руках. Владелец сотню раз грозился уволить ее, но ограничивался только штрафами. Он прекрасно видел, что многие клиенты возвращались сюда исключительно ради атмосферы, создаваемой Рози. Она стала душой этого места.