Книга Теневая палитра, страница 130 – Тери Нова

– Извините, я… вот черт. Что с ним? – я отодвинул Леонарда в сторону, виновато подняв руки вверх. – Кто-нибудь вызвал помощь?

Отвлекшись на мои слова, Скотт схватился за неглубокую рану, больше похожую на царапину, и я протянул ему салфетку, с поддельным ужасом глядя на шумиху вокруг.

– Никогда не любил этого ублюдка, – все еще отстраненно поглядывая в сторону трупа, зачем-то сказал Леонард. – Надеюсь, у него очередной сердечный приступ. – Бессердечный придурок даже не заметил признаков отравления, потому что не смотрел в сторону деда.

В первые годы моего обучения в «Стиксе» гуляла легенда о том, что самые изощренные из устранителей могли убить человека листком бумаги. Я все время задавался вопросом, как такое возможно, пока однажды в классе не порезался до крови, тогда-то ответ и был найден, но я всегда представлял себе рассеченные вены или что-то подобное, и только сегодня понял, насколько удобен в применении данный способ в местах, где к оружию не было доступа. Яд, который я использовал, обладал высокой степенью токсичности, даже вдыхание его паров или пыль, осевшая на поверхность кожи, вызывали язвы и сильнейшую аллергию, которая в долгосрочной перспективе могла бы стать летальной. Никто из присутствующих не обращал внимания на человека в кожаных перчатках, все в панике рассматривали тело покойного, тыкали пальцемв судьбоносный бокал и человека, которого теперь скрутила служба безопасности. На праздники, подобные этому, в качестве охраны нанимали сторонние компании, поэтому никому и в голову не пришло перекрыть выходы, включить стандартный протокол, необходимый в похожих случаях.

Вершиной дерьмовой слаженности организаторов стал салют, залпы которого начали взрываться неожиданно громко. Жена покойного принялась истерично кричать, чтобы это прекратилось, и что-то еще про оскорбление чести ее супруга. Леонард допил виски, вытерев рот тыльной стороной ладони, той самой, где крохотная порция яда незаметно разъедала кожу.

– Пожалуй, прилягу, – сказал он, швыряя бокал через плечо. – От всего этого шума у меня разболелась голова.

Он сделал около десяти шагов в сторону патио, дважды пошатнулся и схватился за прилегающую стену, но никто, кроме меня, не обратил внимания на перебравшего внука: все оплакивали другую потерю. Я подождал еще две минуты и, услышав сирену парамедиков, решил, что пора убираться. В этот момент тело Леонарда Скотта сползло на землю, он хрипел и пытался звать на помощь, но парализующее действие яда уже давно приблизило время его кончины.

– Гребаный цирк, – усмехнулся я, поглядывая на телефон. Сообщений от Уэйда не было, как и доклада о странностях от Линка.

Задание было выполнено, я покинул территорию так же легко, как и вошел, проходя мимо перепуганных женщин и их мужей, в спешке покидающих неудавшуюся вечеринку. Но вот ощущение, что что-то не так, царапало стенки грудной клетки изнутри, вызывая неприятный зуд и сжимая сердце.

Я сел в машину, намереваясь набрать номер Элси, чтобы услышать ее голос и успокоить расшатанные нервы, но в этот момент ее имя высветилось на экране и салон наполнился знакомой мелодией. Я ответил на звонок.

– Со мной все в порядке, я еду домой, – сказал я, прежде чем ей удалось выдать гневную тираду о моем безрассудстве.