Книга Пламя в цепях, страница 24 – Джулия Вольмут

– Успокойтесь! – Я бросилась их разнимать. – Соседи вызовут полицию!

– Это все ты начала, – просипел Кен. – Ханжа!

Он вырвался, натянул трусы и ядовито добавил:

– Не тебе нас судить! Подумай лучше, насколько хреновая твоя жизнь!

Его слова будто ударили в грудь. Я отступила, наткнулась на стену, и на голову мне упал карниз.

– Пат! – воскликнули парни.

Они тут же перестали ругаться. Патрик убрал карниз, а Кен помог мне сесть на диван. Из глаз непроизвольно брызнули слезы. Затылок болел, но реветь хотелось по другой причине. Кен прав, я сама довела себя до такого состояния, до ненавистной работы, до беготни по кругу, и как сноб осуждала других: Кена, Патрика, Джона… Шмыгая носом, я поняла, что это была последняя капля. Надо выбираться, что-то менять в жизни.

– Все. Хватит, – тело била мелкая дрожь. – Надоело. Съезжаю!

– Куда ты поедешь? – спросил Патрик.

– Дориан найдет другую комнату? – вторил Кен.

Я помотала головой. Дориан помог мне снять жилье, когда нечем стало платить за квартиру недалеко от Академии. Но обращаться к нему снова не хотелось. Лучшие условия я не потяну финансово, худшие – меня добьют.

Патрик и Кен встревоженно переглядывались.

Если я ничего не придумаю, придется переехать в Луксон и признать поражение. Я всегда мечтала о лучшей доле, я помогла Астрид вырваться из трясины маленького города, а сама… Что же делать? Друзей в Нью-Йорке у меня нет. Погодите. «Мне скучно». Нет. «Я живу без соседей». Нет…

«– Покажешь город?

– С чего бы? Я похожа на гида?»

Черт возьми. Да. Да-да-да!

– Кое-кто у меня есть, – после этих слов я убежала в свою комнату, схватила мобильный и набрала номер. – Кое-кому необходима компания.

– Алло, Кошечка.

– Клоун. Тебе все еще нужен гид?

Джон Голдман

Я любил запах дорогой кожи. В игровой комнате этот аромат приобретал иные оттенки: страх, стыд, предвкушение. Проникал в легкие, заполнял их дымкой. Вызывал головокружение.

Испытывай все это, сладкая. Поддайся инстинктам. Отдайся мне.

– Ты готова?

Блондинка кивнула. Я застегнул на ее затылке ремешок кляпа. Кроме того, чтобы приглушить крики, я использовал кляп-трензель для перестраховки. Саба может прикусить язык или сточить зубы от неожиданности и боли. Новая практика – всегда риск. Кляп не оказывал сильного давления на челюсть, и я надеялся, что саба выдержит сессию.

Комнату я выбрал маленькую, без лишнего инвентаря. В глубине двуспальная кровать, а у стены – стол со всем необходимым. На потолке горела матовая плоская люстра, создавая комфортный полумрак.

– Если больше не сможешь терпеть, постучи два раза по полу. Вот так, – я ударил по паркету костяшками пальцев, и саба вздрогнула.

Вновь спешно кивнула.

Секунду я медлил – с каких пор я стал таким нерешительным?

Нижняя указала в анкете, что хочет попробовать что-то новенькое. Она уже три года в Теме, но я все равно не был уверен, выдержит ли она мои практики. С сабмиссивом я всегда оставлял свободными либо рот, либо руки. Кляп выбрала она сама.

– На четвереньки.

Саба выполнила указание, а я потянулся к столу за необходимыми атрибутами. Взял смазку, налил на свои пальцы и медленно провел вдоль округлых бедер, погладил ее ягодицы. Мягкая, загорелая кожа. Я втянул носом воздух. Куколка. Нижняя медленно дышала и полностью мне доверяла. Подобная власть опьяняет. Вкупе с желанием причинить кому-то боль – и не поплатиться за это – я испытывал восторг, едва уступавший по силе оргазму. Пальцы свело от предвкушения, и я погрузил указательный в ее узкий задний проход. Саба выгнулась, вторую ладонь я положил ей на поясницу. Тише, детка. Мы только начали.