Книга Искупление страстью, страница 36 – Джулия Вольмут

Я открыла рот, чтобы оправдаться, но Ричардсон прислонил указательный палец к своим губам. Да, стены в коттедже тонкие.

– Доброй ночи, – прошептала я.

Но он не ушел. Напротив, сделал шаг ко мне. Потом еще один. И еще. Воздух заполнил его терпко-сладкий одеколон, гель для бритья и что-то горьковатое – опасность? Предвкушение. Я неосознанно отступила назад и наткнулась на письменный стол, чудом не свалив лампу.

– Тс-с… – Ричардсон прищурился. Белье на мне успело высохнуть, но теперь вновь промокло. – Как жаль, что здесь нельзя шуметь. – Он коснулся локона у моего лица и невесомым движением откинул назад. Наши глаза встретились, мои губы приоткрылись. Что происходит… Мгновение спустя лицо профессора стало привычно-безразличным. Он выпрямился и отошел на пару шагов. – Не бойтесь.

– Хорошо? – полувопросительно ответила я.

Ловушка захлопнулась, и я стояла в эпицентре. Смотрела на его губы. Ждала. Он не поцеловал меня. Ладно, размечталась. В такой-то обстановке.

Когда он вновь подошел, его рука скользнула ниже, к моему запястью. На лице Дерека молниеносно сменялись эмоции, будто помехами на телевизоре сквозь холодную маску проступал интерес.

– Что же мне с вами делать, – пробормотал он. – Спутали мне планы на вечер, испортили сиденье машины…

– Я не специально, профессор, – шепот получился жалким, сдавленным. Боюсь даже подумать, сколько стоит его авто.

Он отошел на несколько шагов. Вдруг улыбнулся, так обаятельно и беспечно, будто я пришла к нему сдавать домашнее задание, а не стою ночью посреди комнаты, виноватая и возбужденная. Я едва поборола желание посмотреть на ширинку его брюк: удалось ли мне возбудить его?

– Я привлекаю вас, верно? – упиваясь моей растерянностью, Дерек Ричардсон провел ладонью по своим волосам. В полумраке они казались еще темнее, а весь его образ – опаснее. Профессор продолжил: – Раз вы не можете сдерживать возбуждение, я предлагаю пари. Кончите для меня.

– Что?

Я ослышалась? Ущипнув себя, снова поняла, что это не сон. Значит, я сошла с ума. Валяюсь с температурой и ловлю галлюцинации.

– На лекции. Вы попроситесь выйти, дойдете до туалета, закроетесь, включите диктофон и сделаете это.

– Диктофон? – Боже, Астрид! То есть из всего этого тебя беспокоит, зачем он сказал про диктофон? Я удивилась сама себе.

Меня заинтриговала его извращенная игра. «Пари», как он сказал. То, что он не боялся последствий и предложил это именно мне. Разглядел в деревенской девчонке что-то особенное.

– Почему я?

– Потому что сегодня я никого больше не подвозил.

Сглотнув, я попыталась скрыть обиду. Сегодня?

– Оригинальный способ общения со студентами.

– Только с теми, кто мне интересен, – парировал Ричардсон.

Например, та девушка, которая бросила университет?

Но я благоразумно промолчала.

– Астрид?

– Обычно, чтобы выразить интерес, приглашают на чашечку кофе…

– А вы обычная?

Уставившись в пол, я пыталась найти в его словах логику.

Задание от деканата? Проверяют, насколько я испорчена? Достойна ли стипендии? Да! Точно! Самый красивый профессор – что-то вроде тайного покупателя в университете Берроуз. Кто из студенток готов променять учебу на легкую интрижку? Не выйдет.

– Значит, через неделю? – Когда он снова подошел, его дыхание обожгло мне ухо, а его руки с двух сторон от моего тела уперлись в стол. – Спокойной ночи, Астрид.