Книга Обрести и сохранить, страница 172 – Джулия Вольмут

Я стал лекарством для сломленной девушки.

– Ты точно будешь в порядке?

Ари улыбнулась:

– Точно, Стивен. Теперь я знаю, что мне делать со своей жизнью.

Четыре года спустя. Германия, Дрезден

Ари

Второй бокал игристого был лишним. В зале много людей. Жарко. Достали хиты восьмидесятых, узкое платье и высокие каблуки – это вероятные причины моих галлюцинаций. Потому что Стивен Рэтбоун в Дрезден приехать не может. Ему в Европе делать нечего. Или… все-таки…

Я нашла в клатче телефон, периодически поглядывая на Стивена. Он, в строгой белой рубашке и темных брюках, пил воду из бутылки, а локтем опирался на высокий круглый столик. Его собеседник, низкий немец с пивным животом и растрепанными темными волосами вряд ли был артистом. Наверное, менеджер.

Я отвлеклась на телефон, чтобы открыть браузер и ввести имя… бывшего. Да.

«Американский певец Стивен Рэтбоун впервые приехал в Европу с мини-туром. Он уже посетил Париж, Амстердам, Прагу…»

– Ари? Это ты?

Его южный акцент ни с чем не спутать. Память учтиво подсунула с десяток ситуаций, когда я слышала невнятный английский типичного техасца. Где, в каких локациях, в каких позах… Щеки предательски вспыхнули. Черт возьми! Но если акцент, значит, Стивен волнуется.

– Да. – Я убрала телефон в клатч. – Германия – мой дом.

Стивен пытался не пялиться, но его взгляд то и дело возвращался к моим волосам, уложенным в легкие волны, к натренированным, слегка загорелым ногам, к зоне декольте. Иногда он решался взглянуть мне в глаза, но быстро терял контакт. Неловкость. Или… восхищение? Я точно выглядела лучше, чем четыре года назад. Здоровая, успешная. Но… Счастливая?

– Ты тут… – начал он и обвел ладонью толпу знаменитостей.

– Моя студия танцев сотрудничает с благотворительным фондом. Нас пригласили выступить. – Гордость сквозила в каждом слоге. Мои ребята, младшему из команды всего одиннадцать, сегодня покажут класс. Они могли пойти по дороге своих непутевых родителей, выбрав зависимость, насилие и тьму, но танцы спасли их. Как меня когда-то.

Стив слушал, склонив голову. Не было ничего необычного в том, что он посетил музыкальный благотворительный вечер. После распада Grape Dreams Стивен сразу начал сольную карьеру. Это все, что я знала.

Молчание затянулось. Мы отошли к дальнему столику, чтобы никому не мешать. Стивен смотрел в сторону бара, и я тоже: какой-то молодой рокер говорил с Белладонной[52]– немецкой певицей. Кажется, она сегодня выступает. Я посмотрела на Рэтбоуна. Интересно, его проблемы с алкоголем не вернулись? Эгоистичная часть меня надеялась, что он переживал после нашего разрыва. Но недолго. Необходимо было двигаться дальше, восстанавливать из руин свои жизни.

Стивен выглядел хорошо. И пока он избегал смотреть на меня, я нагло его разглядывала. Возраст украсил, как дорогое вино. Сколько ему? Тридцать? Он снова отрастил волосы: зачесаны назад и слегка вьются на концах. Пара седых прядей блеснула серебром в тусклых прожекторах. Лучики-морщинки под зелеными глазами стали глубже, как и складка меж бровей, а лоб остался почти гладким – из-за привычки поднимать одну бровь. Секрет молодости раскрыт… Я машинально погладила свой лоб.