Книга Твои валентинки, страница 113 – Анастасия Стер, Лера Деревянкина, Кэсси Крауз, и др.

После того, как мы «случайно» столкнулись в подъезде, – подозреваю, что она меня караулила, так как я пришел на полчаса позже, чем собирался, – она вцепилась в мою руку, как клещ, и попыталась завести беседу. Разговор у нас не склеился: я слушал ее вполуха, высматривая глазами Дена, но он явно старался держаться от меня подальше и не попадался в поле моего зрения. Зато я увидел довольную донельзя Катьку, которая махнула нам рукой и исчезла на кухне, пообещав принести пиво.

Мне бы не помешало что-нибудь покрепче, ибо дальше слушать Олю, которая пересказывала мне сплетни про какую-то знакомую, было выше моих сил. В какой-то момент я не выдержал и слинял, наврав, что мне надо в туалет.

Закрыв за собой дверь, я выдохнул, а потом вытащил телефон и написал Дену.

Я покачал головой, ни на миг не поверив, что Ден был не в курсе. Они с Катькой вместе с десятого класса, и иногда мне кажется, что между ними есть какая-то телепатическая связь, настолько хорошо они друг друга знают. И, само собой, у них нет никаких секретов.

Кто-то дернул ручку двери. Я надеялся, что это не Оля, которая решила настигнуть меня в туалете. Мысленно перекрестившись, я щелкнул замком и резко дернул дверь на себя.

– Ой! – пискнула Леся. Она не ожидала, что дверь откроется так резко, и стала заваливаться вперед, едва не упав мне прямо в руки. – Привет, Кость.

У меня перехватило дыхание. Я не видел ее почти три месяца, хотя не пропускал ни одной долбаной вечеринки на хате у Дена, надеясь ее встретить, и вот она здесь, так близко, что я чувствую ее запах. Вишня, ваниль и что-то нежное и неуловимое. Наверное, сама Леся.

Взгляд цепляется за плечи, такие точеные и острые, что можно порезаться, и в груди давит от невозможности прикоснуться к молочно-белой коже. Чтобы как-то отвлечься, глупо шучу, зная, что она взбесится.

– Привет, принцесса. Сегодня без короны?

– Ты опять? – надулась Леся, очаровательно краснея. – Сто лет прошло. И не корона, а диадема.

Она протиснулась мимо меня в ванную и захлопнула дверь, а я стоял и улыбался как идиот. Мне нравилось называть ее «принцессой». Первый раз я сделал это по приколу три года назад, когда впервые увидел ее. Олеся тогда ворвалась в комнату Дена как тайфун, в белом платье из перьев, размахивая медалью за танцевальный турнир. Она явно не ожидала увидеть там кого-то, кроме брата, и, заметив меня, смутилась. А я посмотрел на диадему на ее голове и сказал: «Привет, принцесса». Даже сквозь плотный слой автозагара было заметно, что она покраснела. «Дурак», – буркнула Леська и выбежала из комнаты под наш с Деном хохот.

Если бы тогда кто-то сказал мне, что я буду с завидной частотой фантазировать о том, что под одеждой у младшей сестры моего друга, я бы поржал. А сейчас мне ни фига не смешно, потому что я как одержимый смотрю все видео с выступлений принцессы, которые она выкладывает в сеть, и задыхаюсь от невозможности к ней прикоснуться.

А ведь еще год назад я почти не обращал на нее внимания. Все изменила та проклятая сентябрьская вечеринка, на которую я не собирался приходить, но Ден с Катькой уговорили. Я, как всегда, опоздал и пришел в разгар веселья. Народу было больше, чем обычно, – Ден, по ходу, позвал всех, кого знал. Они колбасились под попсу в гостиной, заливаясь алкоголем. Я хотел догнаться и пошел на кухню, а там была Леся.