Книга Бывшие. Ненавижу, но люблю, страница 9 – Саша Найт

— Да. Но это не из-за тебя. Просто вспомнила своего любимого Геночку…

— Геночка? Правда, что ли? — лукаво взглянув на меня, заходится раскатистым смехом сосед. — Так и представляю, как ты стонешь в постели: Геночка, Генуся, Генчик! — дополняет Дём, а уголки его красивых губ приподнимаются.

— Не смешно, — бурчу я, забирая назад бутылку вина и отпивая.

— Очень даже смешно. Представляю, как ты соблазняешь своего Генусю в тех самых розовых трусиках с милыми зайчиками, — на этих словах я становлюсь пунцовой. — Или твой гардероб с того года пополнился, м? Котики? Сердечки? Клубнички? Рыбки? Вишенки?

— Да хоть бы и клубнички, — гордо вскидываю подбородок. — Тебе всё равно не суждено их увидеть!

Дём складывает руки на груди, напрягая мышцы рук. Я неосознаннооблизываю губы, вспоминая, что находится под его серой футболкой. И сразу же отметаю мысли прочь. Я же ненавижу его! Просто сегодня жарко. А в лифте вообще душно. И вино тёплое, слишком быстро в голову ударяет.

— Значит, клубнички? — не успокаивается адский соседушка.

— Болван! — восклицаю я, вскакивая с места, упирая руки в бока. — Я не намерена больше с тобой вести диалог!

Неожиданно, Демид поднимается следом за мной, хватает за руки и прижимает к стене, заключая мои запястья в замок над головой. Его пугающе-игривый взгляд устремляется на моё лицо. Успеваю только жалобно пискнуть, чувствуя, как резко подскакивает пульс, а сердце заходится. Тахикардии мне ещё не хватало в двадцать лет!

— Хорошие девочки так не дерзят парням, Птичка, — до жгучих мурашек по коже, горячо шепчет Золотарёв, наклоняясь к моему уху. — Не грубят. И уж тем более, не пялятся так открыто, выдавая себя с потрохами. Ты ведь всегда была хорошей девочкой, даже если пытаешься казаться плохой, правда? — на выдохе выдаёт он, оставляя пару миллиметров между нашими губами.

Каменею, не зная, как реагировать. Что-то странное колеблется внутри, а ком встаёт в горле. Хочется и оттолкнуть его от себя. Закричать, позвать на помощь. В то же время, я не хочу отстраняться от него, желая вдохнуть полной грудью запах его духов, с лёгкими нотками ягод можжевельника и кедра, и наслаждаться близостью своего ненавистного соседа.

— Я…

Начинаю невнятно, но тут же прихожу в себя, замечая нездоровый блеск в глазах Золотарёва.

— Что «ты», Настя? — слегка наклоняя голову вбок, интересуется Демид, сощурившись.

— Хочу, чтобы ты отпустил меня и больше никогда не смел прикасаться! — смело проговариваю я, поднимая голову.

— Почему? Раньше тебя всё устраивало. Не делай вид, что теперь боишься меня, — в край потеряв совесть, отвечает Дём, оглаживая меня по скуле большим пальцем. — Или хорошим девочкам вдруг перестали нравиться плохие мальчики, м?

— Отпусти меня.

— Поцелуешь, отпущу.

Нет, мне не послышалось. Как бы ни хотелось, чтобы это была очередная глупая издёвка, к сожалению, Золотарёв выглядит абсолютно серьёзным. И теперь я пребываю в ступоре от его наглости, самонадеянности, бессовестности и всего, что, чёрт его дери, засело у соседа в голове. Как такого нахала Земля носит?

— Сдурел⁈ — после короткой заминки вскрикиваю я, пытаясь вырваться. — Не дождёшься!

Карамельные глаза насмешливо смотрят прямо в мои, как будто пытаясь понять, приму ли я его вызов. Бежать мне некуда. Отступать тоже. Сосед в одно движение приближает своё лицо к моему, так, что я практически задыхаюсь от возмущения. А ещё от его умопомрачительного запаха, который буквально впитывается в каждую клеточку моего тела. Он пахнет так, что одного аромата можно получить оргазм.