Книга Бывшие. Ненавижу, но люблю, страница 13 – Саша Найт

У подъезда тихо, местная бабуличья ОПГ уже видит десятый сон. Захожу внутрь. Начиная с седьмого этажа, крадусь по лестнице, чтобы точно не быть замеченной гадским соседом. На восьмом останавливаюсь и прислушиваюсь. Мне кажется, или это похоже на… стоны? Сжимаю кулаки, когда убеждаюсь в своей правоте. Аж глаз дёргается от такого!

Нет, я не маленькая и всё понимаю, совокупляйтесь на здоровье, но так, чтобы этого я не слышала вместе со всей лестничной клеткой!

Между восьмым и девятым замираю прямо на ступеньке, различая стон раненой чайки. Они, что, прямо в подъезде⁈

Медленно поднимаюсь выше и мне открывается «шикарный» вид. Демид прижимает незнакомую девку к своей двери спиной, сам пытаясь найти что-то у неё под юбкой. И ищет он там явно не свою совесть! Твою налево! Ну не козёл ли?

Фигушки! Терпеть такое я не собираюсь! Мне прошлого года хватило!

Вытаскиваю телефон из сумки и смело перескакивая последние ступени, появляясь перед ними. Демонстративно прокашливаюсь, прикладывая телефон к уху, делая вид, что звоню, и громко произношу:

— Добрый вечер! Можно наряд на Гагарина? Причина? — закатываю глаза. — Не поверите! Нарушение закона о тишине и несанкционированный половой акт прямо на лестничной клетке после двадцати трёх ноль-ноль! Серьёзно? Не верите? Так послушайте сами! — вытягиваю руку с телефоном, чтобы «полицейские» точно всё расслышали. Но девка тут же прекращает завывать, поправляя свою чрезмерно короткую оранжевую юбку и удивлённо хлопая наращенными ресницами. — Ой, всё? Быстро, однако. Кажется, мой сосед скорострел.

Разъярённый Золотарёв подлетает ко мне, выхватывая телефон, но видит, что я на самом деле никому не звонила.

— Что за спектакль, соседушка?

— Первое, и, надеюсь последнее предупреждение. В следующий раз полицию вызову на самом деле! — забираю телефон обратно, с не меньшим гневом взирая на Демида. — Сдерживай себя хотя бы до квартиры, кобель бесхвостый!

— Мы просто вернулись за ключами. Девушка, не завидуйте, если у самой личной жизни нет! Нечего тут представление устраивать! — вставляет раскрасневшаяся девка.

— Ты, Золотарёв, смотрю уже на обделённых умом перешёл? Адекватные больше не дают?

— Что-о-о⁈ — вскипает незнакомка. — Да как она смеет⁈ Дёмочка, скажи ей!

— Ты всё бесишься, да, Птичка? — сосед, не обращая внимание на свою пассию, наступает на меня. — Неужели хочешь на её место?

— Совсем из ума выжил? Да кто в здравом уме согласится спать с тобой⁈

— Год назад ты думала иначе, Настя.

После этих слов, девчонка Дёма, видимо, осознаёт, что происходит. С визгом: «козёл», залепляет ему пощёчину, и развернувшись, сбегает по лестнице. А вот теперь она мне даже нравится. Есть всё-таки в головушке серое вещество. Молодец! Даже в ладоши хлопаю.

— Значит, война? — хмыкает адский соседушка, пока я спешно отпираю свою дверь ключом.

— Война! — шиплю я перед тем, как захлопнуть дверь перед лицом Золотарёва.

Утро воскресенья начинается не со стонов, как можно было бы подумать. И даже не со сверления. В девять утра Демид решает поиграть в волейбол прямо об стену. Прямиком со стороны моей спальни! А в десять утра, как по расписанию, начинают сверлить.

Урод! Ну ничего, я терплю этот день, потому что не хочу тревожить остальных соседей в выходной. Правда, когда выхожу в магазин за продуктами, расспрашиваю пожилую пару, живущую напротив, не мешает ли им ремонт. Соседи только разводят руками: по закону можно, а ремонт — дело житейское, потерпим. Мяча об стену им, естественно, слышно не было. Соседская пара учителя младших классов и косметолога с сыном вообще отдыхать уехали в Крым. Просто блеск! Даже вниз спускаюсь, узнать мнение одинокой женщины, живущей под Золотарёвым. Но и её пока ничего не беспокоит.