Книга В постели парня сестры, страница 117 – Саша Найт

– Как ты меня отыскал, Тимур? – она делает особое ударение на моём имени. Хочет казаться равнодушной. – Уходи.

– Думала, сменишь номер и снимешь квартиру, я тебя не найду? А теперь делаешь вид, что между нами ничего нет?

– Я сбежала не от тебя. Я сбежала от всех вас.

– И это должно меня успокоить? Плевать на всех, Кира. Впусти меня в квартиру и поговорим.

– Нет! Возвращайся к своей девушке и вашему ребёнку. А меня забудь!

– Я и приехал к своей девушке.

– Да ты пьяный! – она принюхивается и брезгливо кривится. – А я-то думаю, что за бред ты несёшь? Езжай домой, Тим.

Мне надоедают эти препирательства. Переступаю порог, пододвигаю Киру, и прохожу в квартиру. Хотя квартирой это назвать сложно. Студия. Ненавижу студии.

– Я не разрешала тебе заходить! Дёмин, божье ты наказание, убирайся из моей квартиры немедленно!

– Может, для началаты всё же выслушаешь меня? – выгибаю бровь и насмешливо смотрю на Занозу.

– Нет, уходи. Нам с тобой обсуждать нечего. Слышишь? У-хо-ди!

Так её молчать не заставить. Хватаю Киру за подбородок, притягивая к себе, подаюсь вперёд и жадно целую в губы. Растворяюсь в поцелуе, упиваясь, как будто после долгих блужданий в пустыне отыскал вожделённый оазис. Наслаждаюсь её губами, и чувствую, словно возродился после неминуемой смерти.

– А теперь слушай внимательно, – разрываю поцелуй, но лицо Ольховской из своих рук не выпускаю. – Ребёнок твоей сестры не от меня, а от её бывшего. Я расстался с ней и приехал к тебе. Потому что больше не хочу без тебя жить, Кира. Мне всё равно, если ты не сможешь мне родить. Наймём суррогатную мать или усыновим. Главное быть с тобой вместе. Можешь никогда не готовить, это не важно. Мы можем уехать из Сочи если ты того желаешь. Вот, смотри.

Отпускаю ошарашенную девушку, которая пытается переварить свалившуюся на неё информацию. Включаю ноутбук и открываю тот самый проект.

– Я сделал это для нас. Нужно только выбрать участок. Видишь, на переднем дворике с высоты вдалеке из беседки видно море. Ты сможешь наслаждаться в ней своим любимым дождём и грозой, – я тараторю так быстро, как будто экзамен сдаю. Чувствую себя школьником, который боится получить неуд. Ни одна женщина в мире не заставляла меня вести себя так. – А тут гамак, сможешь читать и смотреть на морские закаты. А на заднем дворике бассейн и вдалеке горы. Сможешь плавать с видом на них. Рядом на задней террасе джакузи, сможешь греться в ней зимой с видом на горы.

Кира стоит вся бледная. Ей плохо из-за моих слов? Она не хочет со мной быть? Ольховская тем временем опирается спиной о стену.

– Кира? Ты в порядке?

Слёзы скапливаются в её тёплых карих глазах, похожих на расплавленный шоколад. Ресницы дрожат и губы.

– Ты правда хочешь быть со мной? Жить здесь? Встречаться не прячась?

– Насчёт жить здесь ты, конечно, преувеличила, – замечаю слезинку, скатившуюся по щеке. – Ладно, мы можем жить здесь временно, только не плачь.

И Кира бросается в мои объятия.

– Я люблю тебя. Я так сильно тебя люблю!

– А я люблю тебя, моя маленькая Заноза. Ты не просто похожа на глинтвейн, как я говорил раньше, Ольховская. Ты теплее и ярче, – шепчу ей на ухо, зарываясь носом в волосы и вдыхая родной аромат. Вэтой фразе так много личного, важного только для нас. – Не убегай больше от меня. Особенно, когда я позову тебя замуж.