Книга В постели сводного брата, страница 8 – Саша Найт

Мой голос звучит громче, более требовательно, когда бросаю в ответ неумолимое:

– О моём будущем стоило заботиться до того, как ты уехала.

– Как я сразу не поняла… Он что-то сделал с тобой? – мама подступает ближе, хватая меня за плечи, а в голосе, поднявшемся на несколько октав, слышится тревога. – Поэтому приехал так спешно?

– Он?

– Твой отец! Расскажи мне, не скрывай!

– Издеваешься?

Хмурюсь, с возмущением глядя на мать. Уже былособираюсь высказать всё, что так давно и назойливо вертится на языке, но меня прерывает звук отпирающейся двери, и неуверенные, тихие шаги. Оборачиваюсь, чтобы на секунду столкнуться взглядом со сводной, которая молча топчется на месте, кусая губу и не сводя с меня глаз.

– Что-то случилось? – заботливо спрашивает мать.

– Там… В общем, ещё доставка приехала. Требуют твою подпись, – мямлит дочь Романова.

– Ах, конечно, Ариночка. Уже бегу!

Ариночка, значит. Даже имя какое-то до бесячего подходящее этой пай-девочке. Она всё ещё неуверенно жмётся на месте, как будто хочет что-то добавить, но меня стесняется. Ладно уж, сжалюсь над ней в первый и последний раз. Избавлю на сегодня от своего общества.

– Полагаю, на сегодня мы закончили, – отталкиваюсь от стола и встаю на ноги. Бросаю на маму быстрый взгляд. – Мне нужно вернуть тачку Даве и присмотреть себе новую. Так что на счастливый семейный ужин не жди.

Последним, что я вижу, когда вылетаю прочь из кабинета, задев сводную плечом, со всей дури захлопывая за собой дверь, это ошарашенное лицо девчонки. И Арина Романова ещё пожалеет о том, что влезла в нашу с матерью ссору и стала свидетелем моей уязвимости.

Арина.

Утро понедельника. Мой путь в институт лежит через «Вегас Кунцево» и «Старс кофе». Не самая лучшая кофейня, но в разы приличнее, чем кофе в наших кафешках. После Италии в принципе сложно найти приличный кофе в Москве. Ставлю латте «Лимонный курд» в подстаканник, переключаю плейлист и ещё минут двадцать стою в пробке на МКАДе, до съезда на Мичуринский проспект.

И вот, наконец-то въезжаю на институтскую парковку. Нахожу местечко между красным спортивным «Порше» и чёрным «Бентли континенталь». Хорошо, что владелицы «Порше» и след простыл. Не испытываю симпатии к этой одногруппнице. Быстро подкрашиваю губы гигиеничкой, поправляю волосы и, забрав кофе и сумочку, выбираюсь из своего «Лексуса РХ». Машина – совместный подарок родителей на восемнадцатилетие. Папа настоял на такой большой машине, опираясь на то, что она безопаснее. Поэтому отец выбрал и модель, и комплектацию. Я же выбрала визуальную составляющую: кузов в цвете светло-бежевый металлик и салон цвета слоновой кости.

На улице всё ещё очень тепло, но уже с завтрашнего дня обещают дожди, поэтому стоит насладиться тёплым осенним солнышком. Я не могу назвать МГИМО архитектурно красивым решением, даже новый корпус. Да и главный вход выглядит не так помпезно, как у того же МГУ. Зато на заднем дворе имеются красивые маленькие аллеечки с милыми лавочками, где в хорошую погоду приятно посидеть во время «окна».

– Арин! – слышится со спины звонкий девичий голосок. – Ты чего застыла как памятник? Я тебя уже пять минут зову!

Поворачиваюсь, улыбаясь подруге. С Таней Зарницкой мы учились в одиннадцатом классе. Сразу подружились и поступить удалось вместе. Песочного цвета глаза девушки внимательно осматривают меня с ног до головы, хитро прищуриваясь.