Книга Лживые слезы любовницы, страница 67 – Руби Райт

— Из нас двоих ты был взрослый, Сережа. А я была глупой девчонкой, которая верила в принца. Да только ты далеко не принц.

— Оставь Артема в покое. Найди себе другую жертву и помыкай им как хочешь. Не будешь со мной — ладно. Но и с сыном я тебе встречаться не позволю. Если ты сама его не бросишь, я все ему расскажу, — политик говорит вроде серьезно, но я ему не верю.

— Я уеду через две недели в другую страну и…

— Сейчас, Катюша, — перебивает. — Прямо сейчас проваливай и блокируй его номер. Ты умеешь, я знаю.

— Отпусти меня. — Дергаю руку, но Сережа не отпускает. Он вцепился в мое запястье мертвой хваткой и продолжает сжимать.

— Тебя трудно, очень трудно отпустить, — говорит медленно и в мои глаза смотрит. И этот взгляд меня пугает. Он холодный, жестокий. — У меня было столько баб, ноты… Есть в тебе что-то, что меня до сих пор держит. Хотя мне кажется, что я тебя уже ненавижу. И знаешь, Катюша, а я все равно расскажу все Артему. Артем! — кричит Сережа и улыбается.

А меня будто током бьет. Нет, он этого не сделает. Не сделает же?

— Не надо, Сережа. Я уйду, прямо сейчас уйду. Отпусти! — Вновь пытаюсь освободиться от его руки, но он продолжает держать.

В груди смятение, а глаза наполняются слезами. Я не хочу, чтобы так все было. Не хочу.

Я бы уехала. Через пару недель уехала и разорвала связь с Артемом. Пережила бы, смогла пережить. Но я не хочу, чтобы он узнал правду, он не заслуживает такого.

— Поздно, Катюша. Пора излить душу и выговориться. — Политик смотрит на меня с ненавистью. И ладно. Пусть ненавидит, мне плевать на него. Но зачем он так с сыном?

— Прошу тебя, пожалуйста. Отпусти меня, и я уйду, не нужно ему рассказывать. Пожалуйста, — умоляю бывшего любовника. Да я на все что угодно сейчас готова, только бы Артем ничего не узнал.

— Пап? Что происходит? — Артем заходит в гостиную и смотрит на нас. На его лице непонимание. Еще бы, картина более чем странная. Сережа начинает сильней улыбаться, а вот я в ужасе. Смотрю на удивленное лицо Артема, и душа рвется на части. Мне еще никогда в жизни не было так страшно, и стыдно, и больно одновременно.

— А нам Катюша сейчас и расскажет, что происходит. Правда же? — говорит Сережа противным голосом и дергает меня за руку. Каждый такой его рывок что-то ломает во мне. Но я молчу. Не могу сказать ни слова, лишь слезы продолжают катиться вниз по лицу.

— Кать? — Артем смотрит на меня. Все еще так же, как и раньше. И это последний раз, когда я могу видеть его добрый взгляд.

— Отпусти меня. — Дергаю рукой, но Сережа не отпускает. — Отпусти! — голос срывается, и я, кажется, на грани срыва. Вот-вот мной завладеет истерия, я это чувствую.

— Отпусти ее, — громко приказывает отцу Артем, и тот будто отшвыривает меня в сторону. Потираю запястье, болит.

— И в кого ты у меня такой идиот? — Подходит к шкафу Сережа и открывает дверцу. Достает бутылку коньяка и наливает в стакан. — Я воспитывал тебя по-другому. Образование дал, лучшие учителя, институты. Да все. А ты вырос каким-то лохом, которым баба управлять может…

— Кать, идем, — говорит Артем и делает шаг ко мне, но я недвигаюсь. Не могу просто. Нервы будто закрутились в один большой ком и где-то в груди застряли. Тело парализовало, даже дышать стало тяжело.

— Нет, никуда вы не пойдете, — повышает голос Сережа. — Ты меня дослушаешь, сын. Знаешь, кто такая Катя твоя?