Книга Лживые слезы любовницы, страница 19 – Руби Райт

— Добрый вечер, Катерина Андреевна. Какой вы чудесный банкет организовали…

Старик начинает ей комплементы навешивать, и она вроде бы их принимает, но я-то знаю, что она его не выносит. Его тон, вид и манеру речи. Мимолетное отвращение на ее ангельском лице могу только я заметить.

— Спасибо, Кирилл Степанович. Я рада, что вы мне доверили организовать такое важное мероприятие, — благодарит в ответ и на меня глянула. — Как вам на новой должности, Сергей Леонидович? — спрашивает и ждет ответа. Будто бы искренне интересуется, но я знаю, что плевать она хотела на мое назначение. Да и на меня уже, наверное, тоже.

— Привыкаю пока. Долго к этому шел и до конца еще не осознал, что все реально.

— Сергей Леонидович, не скромничай. Ты у нас всегда хотел в думу, вот и добился. Назначение по тебе, ты с ним справишься и, быть может, дальше пойдешь.

— Дай бог, Кирилл Степанович. Дай бог.

А вот и сын показался. Замечаю его, когда он в кафе залетает, опоздал. Чем занят постоянно?

Совсем распоясался, пока жил отдельно, никакой собранности, серьезности. Все по девкам шляется, ну это понятно — возраст, но нужно уметь разделять личное и важное. Встречаемся взглядами, и я киваю, чтобы подошел. Сообразил наконец. Идет.

По пути рубашку поправляет, мог бы и галстук надеть, пиджак для приличия. Но нет, современная молодежь только трендам своим верна, а не традиционному стилю.

— Здравствуйтевсем, — говорит Артем, а я выдыхаю. Ну хоть приличия знает, уже что-то. Ректору руку жмет и с Катюшей здоровается отдельно. — Екатерина Андреевна.

— Здравствуй, Артем, — она ему отвечает. Они что, знакомы? Только вопрос в голове задал, как сын мне ответил.

— Екатерина Андреевна преподает у меня менеджмент… — сын подробности говорит, но я пропускаю их мимо ушей. Удивил. Знал, что на первых курсах она опыта набирается, но чтобы на старших поставили…

Сама выбила или ректор доверил? Не, ректор бы не доверил, молодая, неопытная еще. А значит…

Ну, Катюша, ты явно что-то задумала. Но что? Смотрю на ее личико и ничего не вижу. Держится привольно, никаких эмоций на публике — моя школа.

— Вынужден вас оставить, нужно успеть поздороваться со всеми, — говорит Кирилл Степанович и наконец-то уходит. Теперь нужно спровадить сына, чтобы перекинуться парой слов с Катюшей.

— Артем, принеси мне шампанское. — Сын тут же разворачивается и уходит, наедине остаемся. — Как твои дела? — решаюсь спросить первым.

— Сам видишь. У меня все отлично. Про твои дела спрашивать не стану, мне насрать. — Награждает меня наигранной улыбкой.

— Грубо, Катюша.

— Я всегда была такой.

— Не скажи, когда-то ты была милой, доброй, даже невинной…

— Пока ты меня не трахнул, Сережа.

— Будь добра, говори потише. Уши повсюду. — Осматриваюсь по сторонам, чтобы не дай бог кто-нибудь ее не услышал.

— Ой, простите, господин большой депутат. Что-то я не подумала, — лицемерит, но ей идет это. В чем-в чем, а в разговоре Катюша всегда была дерзкой. Это и цепануло тогда, по ушам резануло, и я уже не смог ее отпустить.

— У сына моего теперь преподаешь, вот же совпадение… — Смотрю за реакцией, но ее нет. Но я-то знаю, что актриса из нее очень хорошая. Сам учил, и она научилась.

— До сегодняшнего дня понятия не имела, что Артем — твой сын, пока список приглашенных не увидела.