Книга Жених, его отец и Вика, страница 64 – Руби Райт

Глава 20

— Можно спросить? — осторожно обращаюсь к мужчине, пока тот уплетает мое овощное рагу. Кажется, с аппетитом. Глаза поднимает. Облизнулся.

— Ты можешь не спрашивать каждый раз. Просто спроси, что хочешь.

— Ты выяснил, что там у Кости за дела были? — Смотрю на Рому, а он тут же в лице меняется. Может, ему неприятно говорить о сыне, но я хочу знать. Имею право.

— Не до конца, — Строго в ответ. Начинает раздражаться, а у меня внутри трепетание. И огорчать его не хочется, и покоя не дают эти мысли.

— Мне рассказать не хочешь? — тише прежнего говорю.

— Не о чем пока рассказывать, Вика. Как все узнаю, обязательно расскажу.

— А мне кажется, что ты врешь... — говорю еще тише. Знаю, что разозлю его этим допросом, но ничего не могу с собой поделать.

И не зря боялась. Рома скулы напряг, взгляд огрубел. Тарелку отодвигает.

— Что ты хочешь услышать? — Сложил руки перед собой, как во время уроков на парту. — Где он был и что делал?

— Не надо так. Не злись, пожалуйста. Я не хотела тебя как-то обидеть.

— Ты не обидела. Просто я не хочу говорить о Косте, особенно с тобой за ужином.

— Прости... — говорю и слезы накатывают. Да что такое? Плаксивой стала. И это не от того, что я за Костю переживаю, нет. Я просто правду хочу узнать.

— Вика, перестань. Ты плакать удумала? Иди сюда. — Как ребенок, резко встаю и к нему на колени присаживаюсь. Обнимаю. А он меня крепко.

— Я не хочу, чтобы ты злился. Но ты тоже пойми меня... — не дает договорить. Перебил, а я всхлипываю и лишь сильней прижимаюсь.

— Я все понимаю. Правда.

— А почему тогда так реагируешь?Злишься?

— Не знаю. Ревную, наверное.

— Ты с ума сошел? — громко спросила. Слез и след простыл. Пристально заглядываю в его добрые глаза.

— Сошел. Я без ума от тебя. И когда ты...

Договорить не дала, к губам губами прижалась. Мне же не кажется? Он без ума? Это же значит, любит? Он мне в любви признался сейчас? Целую жадно, всю себя в поцелуй вложила. Еще и шею сдавила, чтобы показать, как мне он дорог. Как сильно.

— Не злись на меня, ладно? Мои вопросы никак не относятся к чувствам или к чему ты там ревнуешь. Я же тут, с тобой. Я хочу быть с тобой... — откровенно ему говорю все, что чувствую. Глядя в глаза, собрав всю смелость.

Рома нежно поглаживает меня по спинке. К себе прижимает.

— Хорошо. Не буду. — Подобрел, видно сразу. Расслабился и стал очень нежным. Чувствуется в прикосновениях.

— А доедать будешь?

— Доедать буду.

— Вот и ешь! — в приказном тоне говорю и на свое место возвращаюсь, сажусь напротив. Глаза протираю. Дала слабину. Хватит уже.

Продолжили ужинать...

***

Четыре дня абсолютного наслаждения. Два из них мы просто валялись в постели. И постоянно занимались любовью. Делали перерыв на обед и снова в постель. Пару раз Рома закрывался на балконе и с кем-то бурно беседовал, я не вникала. Работа, наверное. Вот так занятой бизнесмен взял и на два дня выпал из рабочего графика. Мне приятно, а у него дела копятся. Но я не хочу отпускать его на работу. Не хочу сидеть тут взаперти, одна. Не хочу думать, потому что мысли то и дела меня одолевают, когда он не рядом. Я думаю о родителях, о том, как сказать им о спешном разводе. О нас с Ромой. Да о обо всем. Даже сейчас, пока он крепко спит рядом, я напрягаю извилины. Все думаю-думаю и не сплю.