Книга Завершение, страница 157 – Нонна Монро

– Угго сфабриковал мою смерть и отдал на воспитание своей любовнице. Ее звали Кармина. Большую часть времени она держала меня в кладовке, но иногда позволяла выходить из нее. Кармина ненавидела меня, ненавидела то, что Угго возложил на нее мое воспитание. Она хранила его секрет, но, когда устала, решила шантажировать его. Угго убил Кармину, привез меня сюда и запер в подвале. В клетке. Будто бы я была каким-то животным.

Слова лились из меня плотным потоком, но я ничего не чувствовала. Монстр овладел моим сознание и с легкостью выплескивал правду.

– Энзо случайно обнаружил меня и время от времени подкармливал. Но не только Энзо заглядывал в мою камеру. Те мужчины на видео – ваши бывшие младшие боссы.

Вэнна издала надрывной стон, прикладывая ладонь к губам. Из ее глаз лились крупные слезы, рыдания рвались наружу, и, если бы не рядом стоящий Армандо, она бы разрыдалась. Остальные же ловили каждое мое слово. Удивительно, но на лице Торе отразился шок. Его губы приоткрылись в немом изумлении. По всей видимости, он не знал об этом.

Угго не рассказал даже своему родному брату.

– Во время пожара Энзо удалось спасти меня, а позже он обнаружил телефон, на котором и была та самая запись. Меня увезли в Россию, дали другое имя, но я знала, кем являюсь на самом деле. А теперь скажи мне, Угго, – я перевела взгляд на него, – почему ты поступил так со мной?

– Ты умерла, – настаивал он.

– Угго, что происходит? – взревел Торе и двинулся в нашу сторону, но кто-то из Соколов остановил его выстрелом.

– Никому не двигаться, – угроза сочилась в словах Рэя, и все присутствующие уловили ее.

Кадык Угго дернулся. Теперь он смотрел на меня со страхом. Не знаю, что напугало его больше: растерзанные тела, Соколы или я. В любом случае он молчал. Стиснул челюсть так сильно, словно боялся, что, если приоткроет губы, слова сами польются изо рта.

И этого человека я столько лет боялась? Столько ночей видела в кошмарах и вздрагивалавсякий раз, когда произносили его имя? Мужчина, посчитавший, что я не заслуживал нормальной жизни, жалко стоял на коленях и не мог связать двух слов. Каждая клеточка моего тела наполнилась гневом. Я вскинула руку, и Джекс сразу же вложил в нее нож. Он не смог убить своего отца, но его лезвием – я убью своего.

– Почему? – повторила я, и мой голос сорвался.

Я ждала этого ответа всю жизнь. Ждала, когда наконец-то узнаю правду.

– Я объявил тебя мертвой, чтобы лишить врагов рычага давления. Никто бы не смог угрожать мне твоим похищением или шантажом. Тебе всего лишь стоило подождать.

– Подождать чего?

– Когда Эмилио станет постарше, и я смогу выдать его, как старшего ребенка, – процедил он сквозь стиснутые зубы, – я только вступил в должность и не мог рисковать. Многие в клане считали меня слабым, не достойным должности Капо.

– Ты запер меня в клетке, – прорычала я и вонзила нож в его ногу. Каждое его слово разжигало огонь внутри меня. – Ты запер меня в клетке ради своих чертовых амбиций?

Угго дернулся, его лицо исказилось от яростного высокомерия, словно из нас двоих я несла чушь. Он сплюнул кровь и прошипел мне прямо в лицо:

– Да. Я не тот, кого другие будут держать на поводке. Я тот, кто его наденет. Ты как две капли воды была похожа на свою мать – такая же слабая и жалкая, не способная защитить себя. Готовая разбиться от любого прикосновения.