Книга Сопротивление, страница 68 – Нонна Монро

– И что это было? – Спросил Джекс.

– Полагаю, что Алекс использовала меня, чтобы взбесить Рэя.

Джекс неопределенно хмыкнул. Он зашел в свою комнату, но дверь оставил открытой. Я воспринял это как приглашение.

– Ты не собираешься спать? – Уточнил я.

– Я не засыпаю так рано.

Он проигнорировал мой вопросительный взгляд и сел в кресло. На расправленной кровати валялся ноутбук с открытыми камерами. Я нахмурился, пытаясь понять, за кем он следит.

– Чикаго. Дом Фрателли.

– Почему вы следите за ними?

– Следующий вопрос.

– Я хочу получить ответ на этот.

Его губы растянулись в хищной улыбке, а в глазах сверкнули ложные искорки веселья. Он снова воздвигал вокруг себя стены, за которыми прятал истинные эмоции. Но я пришел к нему не с пустыми руками. И не собирался так просто сдаваться.

– Если ты не заметил, то чужие желания здесь не учитывают.

– Ложь.

– Мм?

– Ты слышал меня. Вы учитываете чужие желания. Осознанно. Или не осознанно. Не важно. Но факт в том, что вы всегда прислушиваетесь.

– Совпадение, не более.

Я не выдержал и засмеялся. Ложь, которую он скармливал себе каждый день, звучала так забавно. Соколы проявляли заботу по-своему.Даже Минхо, раздражающий меня большую часть времени, во время приготовления еды в мою порцию добавлял щедрое количество сыра. Билл ставил сырную нарезку возле моей тарелки, а Алекс и Тара всегда выбирали в магазине несколько сортов. Пэйдж прекратила покупать мне гели для душа с жасмином и отдавала предпочтение цитрусовым ароматам. Ройс переодически спрашивал, какая марка мотоцикла мне нравится больше всего. Однажды я поймал его на том, что он просматривал модели именно этой марки. И так они относились к каждому из нас.

– Зачем ты это делаешь? Зачем убеждаешь себя, что остальным на тебя плевать?

Его кадык дернулся, а в глазах вспыхнуло раздражение. Вот с этой версией Джекса я собирался поговорить.

– Потому что они игнорируют мое мнение.

Мои брови взметнулись от удивление. Я всматривался в лицо Джекса, пытаясь отыскать признаки лжи, но он говорил искренне. Его грудь тяжело вздымалась, будто слова причинили боль. Я бы хотел ее забрать только для того, чтобы его сердце прислушалось ко мне.

– Прекрати причинять себе вред, и они начнут уважать твое мнение.

– Что еще мне сделать? Составь список, чтобы я следовал ему, – язвительно выплюнул он, но я не повелся на провокацию.

– Начни с этого. Я видел, как они вели себя, когда ты был в отключке.

– Заткнись.

– Тара не отходила от кровати и не прекращала плакать. Ройс, помимо того что допрашивал меня, каждый час мерил температуру, а Минхо накладывал компрессы. Так, по-твоему, выглядит наплевательское отношение?

– Они не хотели злить Алекс.

– Какой же ты придурок.

– Пошел ты, – прошипел Джекс, вскочил и сократил расстояние между нами.

– Собираешься ударить меня, тесак?

Вместо ответа Джекс предпочел сбить меня с ног. Оказавшись сверху, он сжал мою шею и прорычал:

– Не называй меня так.

– Я подумаю над этим, но когда ты задумаешь о том, чтобы прекратить вести себя как придурок по отношению к другим.

– Мне следовало убить тебя тогда, в зале.

– И что же тебя остановило?

Джекс закатила глаза и отстранился.

Нас обвинили в теракте и признали террористической организацией.

Новость взорвала СМИ. Анну караулили журналисты, и поэтому ей пришлось переехать на базу. Несколько заказчиков отказались от наших услуг из-за давления штатов. Две недели прошли в напряженном молчании и тренировках. Джиджи начали вводить состав и, по словам Алекс, она реагировала на него хорошо, что не мешало Броуди, Рэю и Реджине сходить с ума. Последняя умоляла Алекс дать ей возможность вмешаться в процесс и изучить сыворотку, но выбрала не самое лучшее время.