Книга Развод? Прекрасно, дорогой!, страница 122 – Евгения Серпента

Артем сел и захохотал, закрыв лицо руками. До слез.

- Анька, - заливался он, – с тобой с ума сдохнешь. Спасибо, что хоть меня не поливаешь… хлоргексидинчиком.

Отсмеявшись, он забрал Артура и ушел в ванную. Я представляла, как он намывает резиновый член гелем, и повизгивала в подушку.

В общем, вместо разврата получился цирк.

Когда включенный Артур начал гудеть, как майский жук, Артем снова принялся угорать. Да так, что никак не мог пристроить его… куда надо.

- Прекрати ржать! – орала я… и тут же начинала закатываться сама.

В результате даже оргазм получился под аккомпанемент хохота – его и моего.

- Ну очень смешной секс, - вытирая слезы, сказал Артем. – И очень смешной елдак. А давай мы теперь без него? А он пусть посмотрит и поучится, как надо.

Началось все вполне серьезно и ответственно. Можно даже сказать, официально. Но уже подбираясь к финалу, мы посмотрели друг на друга и… снова зашлись, как две гагары.

- Бедная кровать, - всхлипывая сказала я. – Стоит небось и думает: что за два идиота мне достались. У других кроватей нормальные хозяева. Нормально спят, нормально трахаются. А эти… И за что мне только такое?

- Это карма, - состроил серьезную рожу Артем. – Наверно, в прошлой жизни она стояла в борделе и осуждала, осуждала. И за это ей теперь выдали двух клоунов и дилду. Жизнь, она, сука, такая… суровая!

О том, что живем вместе, мы сообщили родителям только в марте - когда окончательно переехали и сдали наши квартиры. Причем для моих главным сюрпризом стало даже не это, а то, куда именно переехали.

- Ты купила квартиру? – двадцать раз переспросила мама. – Трехкомнатную? На Таврической? Серьезно?

- Ма-а-а! – запылила я. – Да, я купила квартиру. За хреналион денег. Я очень хорошо зарабатываю и могу себе это позволить. И после развода получила очень неслабую сумму. Еще осталось. Могу вам на ремонт дачи дать, кстати. Это единственное, что тебя интересует? Что мы с Артемом вместе живем – нет?

- Ну живете вместе, ну и что? – она пожала плечами. – Это ничего не значит. Вот если пожениться надумаете… А кстати, как он относится к… твоей проблеме?

Ну говорила бы уж как есть – «к твоему бесплодию». Хотя бесплодие это было условным и, по последним данным, вполне излечимым.

- Никак не относится. Потому что не знает.

- Ань, ты ему не говорила?! – мама аж рот приоткрыла от изумления.

- Нет. Ты же сама сказала: то, что мы живем вместе, ничего не значит. Если начнет что-то значить, тогда и скажу. Откуда я знаю, может, он и детей-то не хочет.

Будь это кто-то другой, за вопросы о детях запросто был бы отправлен в пеший эротур. Вшитая лояльность к родителям мне такого, разумеется, не позволяла, поэтому в ответ я просто начинала провоцировать и дергать за нервные окончания.

- Анна, - ожидаемо возмутилась мама, - ну как так можно, а? Строить отношения с мужчиной, который не хочет детей? Мало ты с Павлом нажглась?

- Мам, не передергивай, пожалуйста. Павел не хотел чужих детей. А про Артема я сказала, что не знаю, хочет ли он. Может, спит и видит, но стесняется. Если встанет вопрос о браке, мы это обсудим. Возможно, до этого и не дойдет. Пока у нас задача ужиться с бытовыми недостатками. Он, знаешь ли, не самый приятный в общежитии человек. И я тоже.

- А посмотреть-то хоть можно? – мама ловко свернула обратно на квартирный вопрос.