Книга Доводы нежных чувств, страница 57 – Яна Смолина

— Зачем, Дуглас? — тихо спросила она, присеврядом с ним на кровати.

Парень согнулся, запустив пальцы в свою густую кудрявую шевелюру и, не меняя положения, просипел.

— Затем, что он мусор.

— Тебе надо бежать, спрятаться.

— Нет, я решил идти с повинной. Надо было сразу…

— Не надо! Не надо с повинной, — взмолилась она. — Тебя повесят! — по щекам Лоры уже текли слёзы.

— Пускай! — он подскочил. — Пусть все знают, что я сделал и это будет примером для других! Я боролся, как мог и вырезал эту гниль, Лора. — Он сел рядом и взял в ладони заплаканное лицо, — он сделал тебе больно. Такое не прощают.

— Дуглас, пожалуйста, ради меня, не ходи, спрячься. Умоляю тебя!

— Нет, я решил. Матери не говори, хотя всё равно узнает, но не говори, — он снова ухватился руками за волосы, взъерошивая и без того вихрастые локоны. — Так надо было. Это моя жертва, Лора и я верю, она вдохновит других. После меня борьба продолжится и справедливость восторжествует!

— Ты дурак! Она никогда не восторжествует! Всегда будут мерзавцы, для которых жизнь других ничего не стоит! И именно они будут лезть во власть! Как ты не понимаешь?!

— Я понимаю, понимаю, — он глубоко вздохнул. — Но и ты пойми. Я не мог поступить иначе, — парень порывисто обнял девушку. Она тоже обняла его. — Пообещай мне сейчас, что продолжишь бороться, иначе моя жертва будет напрасной, — он отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Я обещаю, — тихо проговорила она. — Дуглас, после того, что ты сделал, мне важно понимать, кто я для тебя? Не думаю, что ты и раньше убивал за поруганную честь.

— Теперь это уже не имеет никакого значения, — он быстро поднялся со своего места, схватил куртку, висевшую на гвозде, и встал возле двери, набираясь решимости для последнего рывка.

— Дуглас, — Лора говорила почти шепотом, не желая верить в происходящее. — Ты сказал, что теперь всё будет хорошо.

— Так и есть.

— Ты солгал. Я не смогу без тебя.

— Сможешь, ты сильная.

Она поднялась с постели и приблизившись к нему, снова обняла, утыкаясь заплаканным лицом в широкую спину.

— Я сдержу обещание, Дуглас. Верь мне — мы будем бороться и не остановимся, пока цель не будет достигнута.

Дуглас молчал. Ему совсем не хотелось затягивать с прощанием. Боль и без того прорезала измученное сердце. Лучшим решением было уйти, и он ушёл. А на другой деньв газетах напечатали о том, что убийца главы гильдии торговцев явился с повинной и ожидает приговора.

Случается, что при восприятии мира только в чёрных и белых тонах, человек упускает возможности или, что ещё хуже, отвергает их умышленно. К счастью, суфражистки и сочувствующая им общественность ничего не могли поделать с устройством мира на момент описанных событий. Судебный процесс над Дугласом решено было отложить до тех пор, пока потерпевшая сторона в лице Джона Коула младшего не явится из торговой экспедиции. Потерпевшая сторона в лице вдовы главы гильдии в свою очередь с завидным упорством обивала пороги прокуратуры, требуя для убийцы мужа самого сурового приговора. И будь у неё право что-то требовать, её желание непременно бы исполнилось.

Ожидания процесса затянулись больше, чем на месяц. За это время друзья парня ежедневно приходили повидаться с ним и если в день признания Лора готова была утопиться от отчаяния, то теперь все, и она в том числе, ощущали смутную надежду. Убийц редко приговаривали к тюремному сроку и зачастую этот срок становился пожизненным, а сам приговорённый убеждался в том, что из двух зол сам выбрал бы смерть, чтобы не мучиться. Тем не менее, Дуглас оставался жив и более того — с ним продолжали советоваться товарищи настолько, насколько это было возможно во время коротких встреч под надзором строгого конвоира.